ПАУК И ЗЕЛЕНАЯ КАПЛЯ

Ольга открыла глаза. Открыла... глаза??? Разве... разве она не испустила последний вздох? Так... Это же не сон был? Вряд ли. Все было слишком реалистично. Хах, ну, это не аргумент. Наша героиня из того ряда людей, которые во сне даже могут чувствовать что-то физическое! На самом деле, по ощущениям это довольно странно, когда ты мучаешься в агонии, а потом открываешь глаза, понимая что боли нет. Максимум- конечности онемели. Но сейчас барышня ощущала лишь освежающее дуновение ветерка, который явно приносил с собой снег. Эх, какое же пробуждающее желание! Так и хочется вдохнуть полной грудью! Оля рефлекторно театрально втянула воздух. И оглянулась. Она стояла посередине снежной пустыни. И... совсем не чувствовала холода? Это уже сюр какой-то! Барышня осмотрела себя, понимая, что она в том же, в чем и была в последние минуты. Та же одежда, тот же рюкзак. И даже... О, Господи! Это что, нож??? Аккуратно рядом с дорожной сумкой на ее боку красовалось холодное оружие. Все не так безобидно, металл явно впивался в плоть человеческую. Да-да, так оно и было, вон, даже кровь имеется! Девушка дрожащими руками коснулась причины, по которой она не могла сейчас дышать. По идее. Все это слишком безумно. И страшно. Запах рвоты ударил в нос. О нет! В горло подступило то, что ела по пути домой Оля. Дева дернула голову вперед, перекрывая языком массу в глотке. Противно. Обед был повторно проглочен со слезами на глазах. Какое гадкое послевкусие! Минуты 3 девица морально готовила себя к тому, чтобы вытащить железяку из своего тела.

-Давай, ты сможешь, тебе уже нечего терять. По логике, ты уже обязана была отбросить коньки, хуже не будет. Хотя... это как посмотреть. Я знаю, что нельзя убирать эту своеобразную "затычку", но что мне еще делать??? Боли совсем нет... Так что это край! Ах, проснись, проснись, проснись! Что же происходит???

Последние слова были произнесены со всхлипом, который предвещал холодный долгий ничем и никем не прекращаемый плачь. Она уже больше не могла выносить. Слишком много всего и сразу. Последняя ниточка оборвалась.

* * *

— Ну ма-а-ам... Я не хочу ничего писать. — Девушка стояла около витрины старой лавочки.

— Да брось, ты же не позволишь ему испортить тебе настроение на весь день? К тому же, кто у нас хошоро пишет проекты? — Мать попыталась подбодрить дочку, которая явно безынтересно выбирала себе новые серьги-джекеты.

-Прости, что порчу тебе настроение. — Грустно добавила дочурка. — Но я не вижу решения проблемы. Этот историк всегда портит мне жизнь, я удивлена, что он Нобелевскую премию не получил, как профессиональный беситель! Наряду с ним только те толстые женщины из регистратуры в больнице!

— Ха-ха, я даже знаю, кем он вдохновлялся! — Женщина приобняла дочку, тем самым показав, что у последней есть опора. — Что за тема-то хоть?

— Романов Николай VI. Вот зачем мне информация его жизни? — взгляд скользнул на септумы по соседству — Я уж его точно не встречу, еще и представить проект должна, как будто лично вчера с ним чаи гоняла. Почему бы Павлу Викторовичу самому не поинтересоваться, на кой черт царек провел такую реформу, а не иную? Гх, это еще и на контрохе будет...

— Кто? Николай VI? — Мать смотрела на аксессуары повыше, заострив внимание на серьгах с драгоценными камнями.

— Нет, проект. Он сказал, что представляя определенную тему, мы заработаем себе итоговые, и он от нас отстанет. — Оля заметила интерес любимого родителя к определенной полке. — Ага, конечно, так я и поверила!

— Так это же хороший шанс! К тому же, ты можешь написать про увлечение Николая рисованием. — Дама выбирала между белым и зеленым камнем в виде капли.

— Ха! Думаю, он поймет, что я вру. Он, конечно, глупый, но историю, наверное, знает. — А вот младшая представительница Августейшиных еще не определилась с выбором.

— Дорогая моя, так это правда! — Мария наигранно изобразила удивление, будто для нее было неожиданностью незнание дочки — Акварель и масляная живопись были частью его поколения. Да не только его, если так подумать. А его сестра даже продавала свои картины, где были прекрасные статичные сюжеты: от пейзажей, что веяли свободой, до натюрмортов, наполненных бабушкиной кухней и атмосферой.

Глаза девочки чуть ли не на лоб полезли. Улыбка же становилась все шире и шире, заставляя глаза закрыться. Она поняла, что выиграет эту войну. Теперь-то дева с большим желанием окунется в жизнь правителя, попутно ищя связь между рисованием и поступками с идеями чуть ли не художника. Она решила, что просканирует каждую реформу, изучит каждое изменение в судьбе этого человека из прошлого. И все не из-за какой-то там оценки, а потому что он тоже творил! Художники уже когда-то попали под удар этой мелкой фанатички, и тоже были под его микроскопом — Оля любила изучать все, что даже косвенно связано с ее увлечениями.

— Ха! Ну что, съел? Я все равно сдам на "5"! — Энтузиазм так и плескался в разные стороны.

— Что думаешь на счет этих сережек? — Голова кивнула в сторону фигурных наборов. Пара представительниц прекрасного пола подошла очень близко к полке, наблюдая за серебренным пауком с розовым камнем по середине, который обозначал туловище арахнида. Он был достаточно миниатюрным, но также виднелась похожая на паутину белая цепь, которая показывала, что сережки не были как гвоздики.

— Да, они миленькие! Почему настоящие пауки не такие же? — Через полминуты в руках оказалась бархатная черная коробочка с двумя членистоногими.

— Зачем тебе их милота? Ты их и так любишь. — Мария в это время стояла около зеркала, примеряя ослепляющие своим светом серьги. Она остановилась на аксессуаре с камнем цвета "Арлекин". Они очень сильно подчеркивали благородство и сдержанность дамы, выделяя ее тонкую шею. Цвет был таким же мягким, как и характер ее обладательницы.

— Ты красивая. — Нежный взгляд скользнул к отражению в зеркале, встретившись глазами с матерью.

— Только не говори мне... — На лице был наигранный страх.

— Как насчет завтра? — Прозвучало малиновое предложение из улыбающихся уст.

— Ох! Опять надо будет 3 часа сидеть и не двигаться! — Набивала себе цену мать. — Мне придется пахать и пахать!

— Ну что Вы! — Начала утешать вторая актриса. — Я заплачу Вам за смену натурщика.

— Так бы и сразу сказали, госпожа художница. — Вернулась в прежнее состояние женщина. — Вам не кажется, что Вы слишком много работаете в последнее время?

— Ну разве моя вина в том, что муза столь прекрасна? — Пухлые губы коснулись розовой щеки матери. — К тому же, разве не Вы получите больше конфет?

— Ах, а ведь и вправду. — Направились к выходу барышни. — С днем рождения, девочка моя.

— И тебя. — Бережно взяла за руку свою музу творец. — С юбилеем, мой вдохновитель.