4

*****
— Так, хорошо, — говорит Айнур, откидываясь на спинку старого кожаного дивана. Пара в кальянной так много, что ему порой трудно разглядеть лицо Булата. Он начинает загибать пальцы. — Есть геи и лесбиянки. Есть бисексуалы. Трансгендеры, небинарные или интерсексы...

— Во-первых: транслюди. Во-вторых: небинарные. И интерсекс-персоны. Тебе снова объяснить разницу между половыми признаками и гендерной идентичностью?

— Нет... — Айнур шумно выдыхает и плюхается головой на стол. — Как ты все это запомнил, чувак?

— Годы практики, — Булат выдыхает густое облако пара и пускает пару толстых колец. — Обожаю это место. Паспорт не спрашивают. Можно выпить тонну чая по маленькой цене. Повсюду красивые неоновые лампы. Шикарно. Надо будет порисовать здесь как-нибудь.

Булат отдает Айнуру трубку от кальяна. Тот затягивается и кашляет:

— Как тхы-ы куриш эту тре-бетень?

— Годы практики, — улыбается Булат.

— Обычные сиги лучше. — Айнур задумывается и продолжает. — И я все еще не понимаю, как можно быть би.

— Обычно все не понимают небинарность. — Булат затягивается. — Быть би легко. Один из них сидит прямо перед тобой.

— Да ладно? Я думал ты гей.

— Почему?

— Ну ты же носишь каблуки.

— И что?

—...

— Гендерная экспрессия — не показатель ориентации и гендерной идентичности. Тебя еще учить и учить!

— Физика в школе была в разы проще!

— А то!

Айнур делает глаток приторного травяного чая. Столики вокруг забиты. Кальянная постепенно погружается во фруктовый туман. Вежливые и улыбчивые официантки скользят тенями в розовом дожде тонких ламп. Его голова начинает кружиться. Ощущение тошноты подкатывает к горлу, а потом постепенно проходит.

— Булат?

— Да?

— А можно быть би, если ты ни разу это... ну не пробовал со своим полом? Или с другим.

— Да. Бисексуальность бывает разной. И тебе не надо ее никак доказывать.

— Понятно. Спасибо, сенсей.

— Пожалуйста! — Альберт мощным вдохом втягивает пар. Его щеки надуваются шариками, жидкость в кальяне бурлит гейзером. — Еще поговорим про квирность?

— Не-е, хватит, — Айнур снова падает головой на стол.

— Вы, оффники, такие странные. Знаете наизусть все песни Каспийского Груза и не можете запомнить пару терминов ЛГБТ-сообщества.

— Иди ты! — Айнур кидает в него шариком из салфетки и смеется. — Я не оффник.

Неловкая пауза зависает в воздухе вместе с густым паром. Затем Айнур спрашивает:

— А если ты у тебя был выбор: жить, скрывая свою трансгендерность, но с друзьями, или жить как транспарень, но без друзей — чтобы ты выбрал?

Булат задумчиво ощупывает трубку:

— Глупый вопрос. В смысле: я бы выбрал второе. Зачем мне друзья, которые не могут меня принять таким, какой я есть? Зачем я буду притворяться кем-то, чтобы заслужить уважение и любовь?

Айнур удивленно раскрывает глаза. Булат говорит правильные вещи.

— Тогда бы я уж прожил один, но в гармонии с собой. От того, что тебе плохо, никому лучше не станет... Но в реальности все по-другому: когда ты принимаешь себя, вокруг тебя появляются особенные люди. И они готовы слушать тебя, понимать тебя, верить тебе. Эта одна из самых важных идей, которые я осознал. Не только транслюди совершают переход: все квир-люди так делают, когда отказываются жить во лжи. И мы, как транслюди, учим всех, что переход от одной жизни к другой возможен.

— Вау... — говорит Айнур, выдергивая катышки из дырки в диване. Он заслушался, и пальцы стали ковырять машинально, сами по себе. — Порой у меня возникает ощущение, что мы живем в разных мирах.

— Почему? — Булат пускает длинную струю дыма в сторону Айнура.

— Ты рассказал мне про своих друзей, свои чувства и свои принципы. А у меня... все не так. У нас с пацанами никогда не было таких обсуждений. Мы никогда не говорили о своих страхах и сомнениях. Мы все пытаемся показаться сильными. И у нас совершенно другие принципы: есть мужик, а есть баба. Вести себя как "девчонка" — плохо. Все квир-люди и люди цвета — уроды, которых стоит ненавидеть или даже убивать. Если ты вдруг начнешь плакать или говорить о своей боли, тебя никто не поймет. И мне поэтому иногда становится так одиноко... Я, бывает, ссорюсь с девушкой, и мне не с кем это обсудить. Все, что я могу — это сказать "Все бабы такие"... Да. Я точно живу в другом мире.

— Очень жаль, — тихо начинает Булат. — Жаль, что мы делим наш один целый и красивый мир на тысячи маленьких. Жаль, что мы заставляем наши миры воевать между собой. Я стремлюсь к тому, чтобы мы снова жили вместе. И не делились на "миры".

— Да... Но пока они существуют, покажешь мне свой?

— Конечно. Через пару дней будет вечеринка недалеко от станции "Яшьлек". Приходи.

*****
Зифа не назвала бы ее отношения с Булатом образцовыми. Раньше они были такими, но как только он закончил школу, все изменилось.

Булат стал чаще говорить на татарском и приходить домой поздно вечером. Если говорит на русском — подбирает странные предложения. Например: "Мне удалось зайти в магазин" или "Мне чувствовалось ужасно". Он проглатывает родовые окончания так, что буква "а" вовсе не слышится. У Булата слегка огрубел голос, а прохожие на улице иногда обращаются к нему как к парню. И они не знают, что Зифа воспринимает своего сына как девушку.

Несмотря на эти странности, Зифа очень любит его. Она всегда гордилась его умением мастерски рисовать: свой дар Булат превратил в талант. Булат регулярно помогает убираться дома и ходить магазин. Никогда не подводит с важными поручениями. Обычный ребенок. И в то же время особенный.

Зифа понимает, что его организованность — это ее заслуга в какой-то степени. Она дала ему ту основу, на которой он строит свою жизнь. И очень гордится этим. Но только не своими отношениями с мужем: они разваливаются. Их любовь прошла, они изменились. И Зифа больше не види в нем того доброго и заботливого мужчину, в которого она влюбилась. Родственники кажутся ей совсем чужими людьми, поэтому Булат — ее единственная радость в жизни, переполненной работой и домашними заботами.

После смены она заглядывает к сыну в комнату. Он еще не вернулся, хотя уже поздно. В его комнате валяется куча вещей. Она подходит к ней и начинает раскладывать одежду по стопкам. Потом кладет их в шкаф. Из одной кофты на ковер вываливается шприц и ампула с прозрачной жидкостью.