Глава 1.

Стояла жаркая погода и солнце уже было высоко в небе. В тот день, как я помню, мне уже было пять лет. Хотя, я мало походил на пятилетнего, из-за своего роста, скорее на двух или трёх годовалого дитя, который слишком рано стал самостоятельным. У меня были черные волосы, на фоне которых сияли большие, зелёные глаза.

В те года, дети мало что носили из одежды. Хотя, я в этом не совсем уверен, так как других детей я не видел. На мне была всего-то одна лёгкая рубаха до колена и мягкие тапочки, чтобы я не повредил ножки, во время своей игры в траве. Скорее всего, они были сделаны из кожи. А уж о нижнем белье тогда и речи не было.

Мы жили по соседству с лесом и большим полем, где я и играл часто. Как раз, в один из таких дней, я копошился в высокой траве. Казалось, что она тянется высоко к небу. Я ловил маленьких ящериц, они мелькали между тонкими стебельками травы, а я, как настоящий охотник, пытался их хитростью поймать.

- Алфи! -раздался низкий, бархатистый голос мужчины, следом повторившись вновь, - Алфи! - более протяжнее и громче.

Даже если я встану, меня будет не видно. Поэтому я просто начал идти, раздвигая траву руками, на встречу голосу. Я услышал, как ко мне, кто-то пробирается, ломаются сухие тростинки пожелтевшей травы. Внезапно темный силуэт перекрыл жаркое, надоедливое солнце, и я, запрокинув голову, взглянул на стоящего передо мной мужчина. Он был поистине исполинских размеров! И я признал в нём своего отца, и протянул высоко к небу руки, давая понять: "возьми меня на ручки, вот он - я! Я не хочу идти сам! Неси меня! Неси!". Отец подхватил меня на руки и нежно улыбнулся.

- Алфи, я же просил тебя не уходить так далеко от дома. Просил же?

- Да. Но я не нарушил обещания. Смотри папа! Смотри! Вон и дом! Я вижу его, а значит я не далеко! - тонким голосочком проговорил я и захихикал.

Отец притворно свёл брови к переносице, но не удержавшись, улыбнулся в ответ.

- Это чтоже получается? У нас в доме живёт маленький, хитрый и не послушный лисёнок?- отец рассмеялся, шагая в сторону двухэтажного домика.

После плотного обеда, моя мать занялась уборкой на кухне. Я стоял в дверном проёме, вжавшись руками в резной наличник, наблюдая за плавно покачивающейся миниатюрной фигуркой своей матери. Она что-то очень тихо напевала. Я помню только её длинные чёрные волосы до поясницы, забранные светлой лентой. По сравнению с моим отцом, она казалось хрупкой фарфоровой куклой. Я не стал ей мешать и решил найти отца, чтобы поиграть с ним. Мне не пришлось долго блуждать по дому и, зайдя в родительскую спальню, я нашёл его. Он делал мне деревянного человечка, аккуратно вырезая самые маленькие детальки.

- Пап? Давай поиграем в прятки? В этот раз ты точно меня не найдешь!

- В этот раз ты не будешь выбегать из своего укрытия, чтобы посмотреть где я тебя ищу?

- Нет! Честно-честно, я не вру!

- Ну давай попробуем. - отец отложил свою работу и в его глаза засияли.

Ему всегда нравилось со мной играть, как я помню. Он был готов придумывать всё больше новых и интересных игр.

Я выскочил из родительской комнаты припрыгивая, внимательно вслушиваясь, как отец начал отсчёт. Он всегда говорил мне считать вместе с ним до шестидесяти секунд. Я бегал по всему дому считая вместе с отцом.

- ...десять... одиннадцать... - время сокращалось стремительно - ...тридцать два...тридцать три... - нужно было вести себя как можно тише. Счёт помогал успокаиваться. Отец говорил, что это отличный способ сохранения спокойствия в любой ситуации. Мне действительно это помогало. Мне даже это очень нравилось и поэтому я научился считать до пяти тысяч. Далее я просто сбивался и путался, замедлялся во время счёта и от неловкости и смущения просто переставал считать.

Наконец я нашёл себе идеальное место! Я вбежал в гостиную и мой взгляд упал на маленький резной столик у штор.

- Если я аккуратно зайду за шторы и сяду плотно рядом со столиком, то может папа не сможет меня найти? - я понимал, что самым главным это было не шевелиться и молчать. Я так и сделал, отсчитывая последним минуты, я убедился, что не тревожу штору и притаился.

Тяжёлые шаги в одну сторону, в другую. Кажется это было хорошим решением с моим ростом сесть почти на виду. Я же продолжал считать, но уже секунды от того, как отец стал меня искать, загиная свои крохотные пальчики, считая минуты. Было давольно душно сидеть в такую жару в плотных шторах. Но я не собирался сдаваться. В этот раз я должен был показать, что я умею сидеть до конца. Во рту пересохло. Ужасно хотелось пить. Нет. Я не посмел и пошевелиться. Даже стереть пот с лица, пока шторы резким движением в сторону не оголили мой и без того голый зад. Рубаха сильно задралась, но даже так я очень вспотел, пока прятался. Отец аккуратно отодвинул столик и я перекатился на спину, Тараща на него свои большие зелёные глаза.

- Но я же не шевелился даже! - возмущённо фыркнул я, пытаясь перевернуться на живот и, уцепившись за ногу своего отца, подтянулся и встал.

- Ты действительно отлично спрятался, - похвалил меня отец - Любая игра это отражение жизни. Хорошо, если тебе не придется пользоваться этим часто. - он задумчиво посмотрел в сторону коридора и его взгляд стал печальным. Но встряхнув головой,он снова улыбнулся и предложил - Хочешь сыграть ещё раз?

Мы продолжили игру. Вскоре к нам присоединилась мать и мы начали чередовать разные игры. Это были беззаботные минуты детства. Любящие родители, что готовы проводить время со своим ребёнком. Меня баловали и возможно сильнее, чем должно быть. О чём можно ещё мечтать? Но я ни о чём не мечтал, пока так жил, а может и не понимал, что вообще такое мечты. Пока в тот же вечер, когда солнце почти скрылось за горизонт, но небо всё ещё было светлым от последних лучей, к нам в дом не постучались. Кажется, я готовился ко сну. Точно не могу вспомнить. С этого момента, всё стало таким странным.

Я помню материнские лёгкие шаги в сторону входной двери. Она открыла и... она с кем-то говорила. Я не слышал о чём шла речь, тогда я и не думал о важности разговора взрослых. Небольшая тишина и вновь звук..глухое падение и хрипы, кашель и снова хрипы. Сердце стало биться как сумасшедшее, но что я мог понимать тогда? Я помню, как хотел взглянуть, что случилось..взглянул ли я? Я не помню. Я ничего не понимал. Я увидел вбегающего в комнату своего отца, он был бледен и напуган, его губы что-то пытались произнести или они произносили, но я не слышал. Не слышал ничего кроме звона в ушах и запомнившийся мне звук хрипа и кашля, который повторялся и повторялся вновь в моей голове. Я снова взглянул на бегущего ко мне отца, казалось мир заставил время идти медленнее. Наконец я начал разбирать буквы, что произносил отец беззвучно. По крайней мере, это было беззвучно только для меня "А.Л.Ф.И.". Он подхватил меня одной рукой, другой резко отодвинул шторы и не раздумывая выпрыгнул в окно. Добежав до коновяза, отец ловким движение отвязал кобылу и молнией, вскочив на неё, мы устремились далеко через поле, всё дальше и дальше от дома... от моей матери.