Пять лет спустя 2

На той стороне нас ждут и встречают, я слегка пошатываюсь, уцепившись сильнее за любимого, — переход дарит не самые приятные чувства. Сразу замечаю короля Тима в вычурной, пафосной и безвкусной мантии, рядом с ним целая свита. Я оценивающе осматриваю правителя Адрии. Он высокий, с довольно неплохой фигурой, почти такой же огромный, как Стэфан, но при этом как демон он слаб, я это сразу чувствую. Высокий лоб, русые волосы, прямой нос, квадратный подбородок. Я изучала политику Адрии и отмечаю, что он очень похож на бывшего короля Люциана и совершенно не похож с Дамиано, который является буквально мужской копией бывшей королевы и своей матери Лилит.

Окидываю взглядом тронный зал — интерьер, мягко скажем, пафосный и вычурный. Все поверхности выполнены из благородных металлов и безумно дорогих пород дерева, всё украшено драгоценными камнями, повсюду чучела животных и мех. Посредине стоит не менее пафосный огромный трон, у подножья которого сидят две эльфийки, хихикая и стреляя глазками.

— Фу-у-у, — смешно морщит нос генерал, — тебе это нравится? Может, дрочишь на это в одиночку в душе?

Закатив глаза, зажав кулак и двигая бёдрами — изображает тот самый процесс, издавая при этом томное «ах, а-ах».

— Дамиано, прояви уважение к правителю, — строго одёргивает его Стэфан, и тот моментально слушается. Представление уже началось, и эти двое усердно играют свои роли.

— Лучше держите своего бешеного Цербера на поводке! — дерзит адриец, тут же испугавшись этого. — А теперь представьте прибывших с вами, король Стэфан.

— Дамиано — мой генерал, советник, правая рука, мой меч и сила. Заодно ваш двоюродный брат по линии отца и единственный законный наследник Адрии, — король специально затягивает паузу, следя за реакцией присутствующих. — Оливер — мой лучший воин из личной охраны. Каролин — судья, задача которой на сегодня следить за законностью переговоров.

Тим кивает, проигнорировав камень в свой огород про законность его задницы на престоле, и принимается представлять нам свою свиту — всего их четырнадцать бессмертных, — и на шестом я уже теряюсь, кто есть кто.

Наконец-то мы занимаем свои места за длинным столом, а король Тим усаживается на трон.

Время пришло, Оливер должен скрыть нашего короля, генерала и Тима от глаз окружающих и создать иллюзию их присутствия и мирных переговоров. В то время как я должна скрывать магию Оливера. Мой мужчина подаёт мне знак, прикрыв на несколько секунд глаза, и я приступаю к работе. Спустя пять минут вижу, что интересующая нас тройка раздвоилась — настоящие и копии. Поправив собранные в пучок волосы, подаю знак Дамиано. Ждать он не заставляет, тут же надевая маску и входя в роль. Встав со своего места, подходит к трону с улыбкой безумца. Подцепив корону, венчающую голову Тима, пальцем и покрутив секунду, водружает её на свою голову. Возмущённый адриец вскакивает с трона, и Дамиано, усмехнувшись, легко его отталкивает, садится на трон поперёк, закинув ноги на один подлокотник и упираясь спиной о другой.

— Эй, Стэф! Мне идёт корона?

— Чертовски, любовь моя. Хочешь её?

— Хм… не знаю, — растягивая гласные, поглаживает изящными пальцами трон. — Хотел бы трахнуть короля Адрии, Стэф? — призывно облизывает губы. Я чуть не давлюсь, сдерживая смех.

— Что вы себе позволяете? — Тима трясёт от гнева и страха.

Он оглядывается в поисках поддержки и только сейчас замечает поддельную картинку.

— Магия? Как вы посмели? Мы вас уничтожим! Вы снова войны хотите?

Дамиано встаёт с трона, с грацией хищника подходит к родственнику.

— Уничтожишь? Нас? Ты так уверен в себе! Тогда почему от тебя воняет страхом?

Он ниже и меньше Тима, что почти так же огромен, как Стэфан, но это его не волнует совсем.

— Как же сильно тебе страшно! Скажи, это от страха твои яйца сжались и исчезли или ты родился таким?!

Бедняга нервно сглатывает и, пятясь назад, упёршись в трон, падает в него. Дамиано тут же ставит ботинок между ног Тима, буквально в миллиметре от его паха, хватает за щёки, смешно их растягивая.

— Ну какой ты сладкий! Посмотри на себя! Такой милый! — Дамиано достаёт кинжал и ведёт кончиком по щеке бедняги.

Тот кричит, требует остановиться, пытается встать, но брат легко удерживает его на месте.

— Ш-ш-ш, ну что ты раскричался? Давай поиграем! Знаешь, я не очень люблю родственников, вот Эдгара убил.

Глаза Тима расширяются, он, как и все в Адрии и Хаосе, знает об этом, так же как и о дикой жестокости Дамиано по отношению к Эдгару. Правда, никто не знает о её причинах.

— Убери! Убери своего пса от меня, Стэфан!

— Пса? Фу-у-у! Как грубо! Но раз уж так говоришь, может, обглодать тебе лицо?

Цербер хватает Тима за руки и, прижав пах бедняги носком ботинка, прикусывает зубами пухлую щёку, тянет, сцепив зубы, и отгрызает небольшой кусок.

Я едва сдерживаю рвотный позыв, картина предельно жуткая, Тим кричит, плачет. Из носа текут сопли, изо рта слюни, он бьётся о трон, пытаясь освободиться от хватки Дамиано, однако тот хоть и меньше, но значительно сильнее. Мучитель медленно и с наслаждением жуёт кусок плоти и, сексуально облизав губы, выплёвывает её в лицо жертве.

Я прикрываю рот ладонью, смотрю на Стэфана, тот лишь усмехается.

— Вкусно-о! Почему ты кричишь? Ты же сам назвал меня псом! Так почему бы мне не сожрать твоё лицо? А вот ещё скажи, Тими, у тебя член такой же маленький, как и самоуважение? Так зачем он тебе? Хочешь, помогу избавиться от комплекса? Отрежем его, и дело с концом!

— Убери! Убери его от меня, Стэфан! Убери! Что вам надо? Убери его!

— Стэ-эфа-ан, я хочу себе эту игрушку!

Скривив капризно губы, Дамиано подходит к королю, садится на него верхом, пошло потираясь задницей о его пах.

— Па-а-апочка, можно?

От услышанного Оливер едва не смеётся в голос. «Папочка?» Да, Цербер в жизни бы так не сказал! Даже Стэфан с трудом сдерживает смех.

— Пожа-алу-уйста, можно мне поиграть?

— Ну не знаю, Дами. Он нам был нужен, чтобы подписать договор и следовать ему.

— Папочка, но он не хочет! Дай мне трон и эту игрушку и делай с Адрией что хочешь!

Тим, вскочив, пытается открыть дверь и сбежать, дёргая ручку, но та не поддаётся, удерживаемая магией.

Тут я замечаю, что Оливер сильно побледнел, губы трясутся, на лбу испарина, он уже едва удерживает контроль над магией. Парни, быстрее!

Это замечает и Дамиано, включая тяжёлую артиллерию. В три шага он оказывается возле двоюродного брата и, сжав его горло, приставляет кинжал к его сердцу.

— Терпеть не могу родственников! Особенно я не любил Эдгара. А ты так похож на него! Нахуя мы с тобой носимся? Ты слабый, безвольный, жалкий кусок мяса! На колени, тварь!

Тим плачет и зовёт на помощь, падая на колени. Благодаря Оливеру его не слышно, но он уже едва держится. Быстрее, Дамиано! Тот нацепляет корону на голову бедняги и плюёт ему в лицо.

— Посмотри на себя, великий король Адрии! Дрожишь, рыдаешь, стоишь на коленях, умоляешь меня! Ты ничтожество! Вонючий, омерзительный мешок костей, кишок, мяса и кожи! Хочешь жить? Хочешь? Да? Тогда соси.

Тот, трясясь, как ветка на ветру, тянется руками к ремню штанов Цербера, который на это закатывает глаза и толкает несчастного ногой в грудь.

— Да не член мне соси, идиот! Мы же родственники, блядь! Извращенец ёбаный! Это.

Дамиано приставляет кинжал к губам жертвы, и тот пытается изобразить оральный секс, беря в рот оружие, и при этом не порезаться.

Цербер кривит губы.

— Ты плохо стараешься! Мой друг, — он указывает на кинжал, — Джек, говорит, что ему неприятно. Давай, облизывай, прижимай губами, сильнее! Молодец, уже лучше, а теперь возьми на весь!

У короля из порезанного рта и языка течёт кровь по подбородку, капает на мантию. Дамиано, чёрт, Оливеру теперь надо скрывать ещё и запах, не только картинку и звук!

— Что ты там бормочешь? Что? Подпишешь? Да? Молодец!

Цербер хватает несчастного за воротник, волоком дотягивает до стола и бросает в пустое кресло, тут же подходит Стэфан и кладёт перед несчастным документ.

— Р-р-ручка н-н-нужна.

— Кровью, идиот. — Дамиа закатывает глаза.

Картинка снова плывёт, а Оливер пошатывается. Быстрее! Договор подписан! Тим рыдает, а я подскакиваю к нему, быстро магией убираю следы насилия над ним.

— Вытри лицо. Я сказал, вытри свои сопли и слюни! Хватит рыдать! Я же тебе почти ничего не сделал! А теперь улыбайся! Улыбайся, блядь, или я тебе сейчас ножом нарисую улыбку! Вот так! И помни, решишь попытаться нарушить договор — и я приду за тобой! И Стэфана не будет рядом! Никто меня не остановит, никто не поможет тебе! Понял?

Тот отчаянно кивает, сдерживая рыдания и пытаясь изображать улыбку. Мы быстро садимся на нужные места, а Тим на трон.

— Помнишь, что должен сейчас сделать?

— Д-да.

Оливер теряет последние силы, срывая заклятие. Иллюзия исчезает идеально, никто ничего не заметил.

— Д-дамиано, не мог бы ты, то есть вы подать мне договор, я его подпишу.

Ропот голосов.

— Конечно, король Тим.

Дамиано подносит Тиму уже подписанный документ, и тот делает вид, что только сейчас подписывает его. Гул голосов и возмущение. Генерал тут же протягивает бумагу Стэфану, и тот, порезав палец, тоже подписывает.

— Спасибо за радушие, великий правитель Адрии. Спешим покинуть вас, дабы не злоупотреблять вашим гостеприимством, — официально прощается Стэфан, открывая портал и покидая вместе с нами Адрию.