Глава 18. Тяжелый выбор

(POV Березовский)

Я каждый день просыпаюсь в холодном поту, после того дня, того происшествия на крыше, которое полностью переменило мою жизнь.

Я никогда не забуду, то чувство страха, что зародилось в моей душе сразу после того, как Алёшка начал падать. Я никогда ничего не боялся, всю жизнь думал, что у меня нет этого чувства, что я всемогущий и умею держать свои эмоции под контролем. Я никогда не забуду поступок Константина, тот момент, когда он кинулся вслед за моим сыном в пропасть. Сразу видно его отношение к Алешке, вот что значит за любимым хоть в огонь, хоть в воду. Я тогда стоял, как громом пораженный, из глаз потекли слезы, и это второй раз, на моей памяти, за всю мою жизнь. Ноги мои подкосились в тот момент, я не желал верить в происходящее, в груди резко защемило, голова начала кружится и через какое-то мгновение она приземлилась на жесткую поверхность крыши, а мои широко открытые от ужаса глаза сомкнулись.

Теперь я лежу в больнице, меня осматривают чуть-ли не каждый час. В тот день я пережил микроинфаркт, к сожалению, уже не первый, врачи запрещают мне волноваться и постоянно дают мне успокоительное. Как тут не переживать, если мой единственный сын, из-за меня, находится в отделении интенсивной терапии, в состоянии искусственной комы. Успокаивают меня, говоря, что это реакция организма и он сможет быстрее пойти на поправку, хоть статистика и говорит о 70% успешности выхода из такого состояния, в его случае, но я все же переживаю об этих страшных 30%. Я искалечил жизнь двух молодых людей, если подумать разве я могу что-то им запрещать, я попросту не имею на это права. Особенно сейчас. Если они оба выживут, я пересмотрю свои взгляды на их отношения, хотя мне кажется, что я уже это сделал. А сейчас у меня в руках есть только надежда и пара фотографий, распечатанных с телефона сына. На них он выглядит очень счастливым, меня конечно коробит от этих их тесных объятий, но видя на них довольное и улыбающееся лицо сына, на моем собственном лице на мгновение появляется улыбка.

Состояние Константина намного хуже, чем Алёшкино, но пока он жив благодаря опытному хирургу, который оказался в тот злополучный день на смене, ему предстоит еще две тяжелых операции, конечно я подключил к его лечению самых лучших врачей. Так я могу хоть как-то вернуть ему долг за его героический поступок, я уверен лишь в том, что он видимо действительно любит Алексея. В больнице я намерен лежать до полного выздоровления сына, чтобы иметь возможность как можно чаще его видеть и иметь возможность говорить с ним. Каждое мое посещение его лечащий врач просит разговаривать с сыном, но помимо «Здравствуй сынок» и «Как твои дела?» я не могу больше ни чего из себя выдавить и просто сижу, держа его за руку. Я не могу рассказать о том, как я сожалею, не могу рассказать, как дела у Кости, так как тот все еще в тяжелом состоянии. Я просто сижу в кресле каталке возле него, все отведенные мне пол часа, каждый день и со словами «Я обязательно вернусь завтра» меня увозят в свою палату.

Из особняка мне привезли альбом с фотографиями Алёши, которые его мама отправляла мне каждый год из Кореи, правда без обратного адреса. Когда 2 года назад она перестала слать мне фото, я подумал, что она просто меня разлюбила или возможно вышла замуж за другого, и перестала отправлять эти маленькие фотокарточки, ярко иллюстрирующие их яркую жизнь без меня.

Я ведь знал, что ни чего хорошего мое вмешательство в их жизнь не принесет, для начала мои родители были категорически против. Они узнали о том, что я завел женщину в другой стране и устроили такой скандал и последствия, что мне просто запретили въезд в Корею и еще пару ближайших восточных стран. Затем узнав, что она беременна, они чуть не извели ее саму и она просто исчезла из моей жизни. А меня сосватали и женили на дочери ближайшего друга моего отца. Она была архитектором и довольно милой и спокойной женщиной, но мы так и не смогли найти с ней общий язык, я даже на свадьбе поцеловал ее только в лоб, я не мог смириться с потерей своей любимой. Я никак не мог найти её, даже после смерти своих родителей. Семейный бизнес насел на меня так внезапно и тотально, что подчинил всю мою жизнь только его взращиванию. Мне оставалось только получать письма счастья, один раз в год, на свой день рождения.

Но все же мои труды увенчались успехом, благодаря недавно приобретенным связям я смог наконец-то добиться некоторых результатов и найти своего сына. Я так же узнал, что моя любимая и единственная для меня женщина умерла и для того, чтобы мне смогли разрешить вывести несовершеннолетнего сына из страны, необходимо было оформить кучу документов, предоставить доказательства родства и конечно же явиться в Корею самолично и сдать ДНК тест. Алёшку искали полгода, я отправил в Корею даже особую группу, они смогли найти информацию в приюте о том, что он туда поступил и якобы там и находится все 2 года, которые он провел без матери. Но как выяснилось, что он пробыл там всего несколько дней и сбежал, я был тогда вне себя от ярости. Мой сын скитался где-то все эти 2 года и ни одна сволочь из детского дома, даже не подала заявку в полицию о его исчезновении.

Пересматривая альбом в миллионный раз, я стал обращать внимание, не только на сына, но и на окружающую обстановку и заметил, что он часто позировал для матери на фое каких-то декораций. В итоге он нашелся в базе рекрутов развлекательной индустрии и его даже хотели спонсировать, но увеличив сумму в три раза я выкупил своего сына и привез в Россию. Какого было мое удивление, что он достаточно сносно говорит по-русски, заслуга конечно его матери, отдавая его в школу она настояла на выборе этого языка как дополнительного, по мимо английского конечно.

Я дал ему новое имя, что бы ему было легче адаптироваться в нашей стране и еще я не хотел вспоминать о ней... Она дала ему это имя и мне было очень больно от осознания этого факта. Я каждый раз думал о ней и каждый раз мое сердце болело, в итоге паспорт и остальные документы выданы были Куангу на имя Алексея Викторовича Березовского. Мои размышления прервал лечащий врач, вошедший в палату.

-Добрый день. Как Ваше самочувствие сегодня? –врач смотрел на меня и параллельно делал записи в карточке.

-Нормально, как дела у моего сына? –мой голос слегка дрогнул.

-Только не переживайте, пол часа назад он вышел из комы, сейчас ему делают полный осмотр и как только будет возможность, мы разрешим Вам повидаться с ним.

Мои страхи как рукой сняло, но тут же тяжелый груз повис на сердце, что мне сказать ему о Константине.

-Что с Константином? Как его состояние? –я внимательно смотрел на сменяющееся выражение лица врача, на его реакцию. Он слегка нахмурился, достал телефон и набрал номер.

-Екатерина Александровна, сводку по второму пациенту из интенсивной терапии... Нет, просто перескажите... Да, сейчас... Понятно, дальше...

Он внимательно слушал ответы и продолжал задавать вопросы этой самой Екатерине. Разговаривали они долго, много сыпали терминами, которыми я не владел. Наконец-то врач повесил трубку, посмотрел на меня и сказал: -Константин все еще в тяжелом состоянии, но сегодняшняя операция на головном мозге прошла успешно, в течении нескольких дней мы будем наблюдать за его состоянием. Последняя операция на позвоночнике состоится, когда он придет в себя, ни или его жизненные показатели улучшаться. Во всяком случае, консилиум постановил, что пока не следует с ней спешить, травма позвоночника не является для него смертельной и в данной ситуации необходимо дать организму немного времени на восстановление.

-Какой шанс того, что Константин придет в себя?

-Я не могу пока этого спрогнозировать и не хочу расстраивать или обнадеживать Вас. Вам нельзя волноваться, тем более что этот пациент не является для вас родственником.

Я ударил кулаком по тумбе, а врач от неожиданности подпрыгнул.

-Кто является родственником, а кто нет это не ваше собачье дело. Вы врач, так что лечите пациента и так, чтобы он выжил. Вам все понятно? Вы и представить себе не можете, что он сделал. Он мне теперь как сын. Врача начало трясти от моих слов, хотя я не повышал на него голос, но в моем взгляде было столько холода и власти, что врач вытянулся по стойке смирно и запинаясь произнеся: –Д...дааа... м...мне все понятно... Я по... пожалуй пойду, -шмыгнул за дверь.

Ну теперь хоть понятно, что говорить Алёшке.

(POV Куанг)

Пип...Пип...Пип...

Размеренное пищание кардиомонитора и шума аппарата искусственной вентиляции легких заставили пробежать табун мурашек по моей спине. Отец говорил мне о состоянии Кости, но увидеть его вот так, сейчас, оказалось для меня сильнейшим шоком.

Я рвался сюда к нему с самого первого момента как пришел в сознание, но пустили меня к нему только когда я сам смог встать. Врач сказал, что более лучшего стимула, для такого резкого скачка к выздоровлению никто не смог бы придумать, кроме меня самого, я сам своими действиями натолкнул его на эту мысль. Встать и пройти пару шагов мне конечно было очень больно, но я храбрился пред врачом доказывая, что я почти здоров. И поняв, что я все равно в итоге сбегу и найду Костю врач сдался и прикатив коляску, усадил меня в нее и отвез в палату где лежал мой любимый. По пути врач читал нотации о том, что я весь в отца и вообще никто не думает об их здоровье корме него самого. Я только и мог, что молча сидеть и закатывать глаза к верху, слушая весь этот бред.

Оказавшись в палате и увидев Костю, в моем горле застрял ком, на глазах навернулись слезы, и я смог прохрипеть только: -Оставьте нас одних...

-Да, конечно, но только вот, -врач протянул мне небольшой пакетик кладя его мне прямо на колени и продолжил: -Это личные вещи, которые были при нём, вы вроде как... ммм... его ближайший родственник. Так нам сказал Ваш отец. В общем позаботьтесь о них, мы не можем отвечать за их безопасность пока он здесь в таком состоянии.

По моей щеке уже катились предательские слезы, врач извинился и быстро вышел из палаты. Я смотрел на Костю и тут из меня вырвались горькие слова: -Зачем ты за мной прыгнул, у тебя с головой вообще все в порядке? Если я дурак, который влез на край, то ты... ты ведь взрослый трезвомыслящий человек, зачем ты... я смотрел на руку любимого, похоже это была единственная не запечатанная под гипсом часть тела.

В порыве сожаления и печали я ударил кулаком по креслу и тут же пожалел об этом, не рассчитав силу я явно поставил себе синяк и от боли я пропищал: -Ай яй...

Далее я услышал странный перебой в работе кардиомонитора и мгновение спустя я увидел, как пальцы моего единственного дрогнули. В этот момент я встал, не ощущая никакой физической боли я подошел ближе к Косте и стал всматриваться в любимое лицо. Его ресницы пару раз встрепенулись и глаза широко открылись, расширенные зрачки резко сузились и его взгляд стал блуждать по потолку пытаясь разглядеть что-то.

Я резко нажал на кнопку вызова персонала, а сам постарался попасть в ограниченную зону видимости, из-за шейного корсета, взгляда Кости, он начинал уже паниковать и пытаться привстать:

-Тише, тише, Костя я тут. Тебе нельзя двигаться, успокойся. –на моем лице появилась горькая улыбка, в глазах стояли слезы. Костя сосредоточил на мне свой взгляд и несколько раз поморгал, видимо считая, что это все сон. –Я в порядке, -ответил я на его немой вопрос. В палату ворвался медицинский персонал, лечащий врач и две медицинских сестры. –Я буду рядом, не переживай, я еще приду тебя навестить. –и отправив Косте воздушный поцелуй, я отошел от койки уступая место врачам. Я сел обратно в кресло и попросил сестру поднять для меня с пола пакетик, что я уронил, когда соскочил с кресла.

Меня вывезли из палаты со словами «Извините, но сейчас нам нужно заняться пациентом», а на мой немой вопрос ответили стандартной фразой «Как только будет можно, мы вас пригласим, езжайте в свою палату».

Добравшись до своей палаты меня как будто отпустило, будто с души упал огромный валун, который придавил меня и не хотел отпускать. В теле появилась легкость все эти недели, я жил в страхе, что я останусь один, что он меня покинет, я не хотел мирится с этим обстоятельством. Он спас меня, и я рад, что и он остался жив, мой железный человек, нас ни что не сможет разделить.

Я сжимал в руке пакет с его вещами и пересев на кровать я одним махом вытряхнул все из него и стал разбирать и просматривать. Его любимые часы, все так же исправно идут, почему мне не отдали его вещи сразу, это ведь хорошая примета, я возможно бы смог немного успокоится, увидев это. Мобильный телефон, батарея полностью разрядилась. Замечательно, такой же разъем, как и на моем телефоне. Я сразу подключил телефон к сети, индикатор замигал, оповещая о том, что телефон заряжается. Далее паспорт, ключи и небольшая коробочка синего цвета...

Что это? Что за коробочка? Я протянул дрожащую руку и взял ее, сердце бешено колотилось, пальцы слегка покалывало. Открыв коробочку, я увидел два серебряных парных кольца, мой рот приоткрылся и я, прикрыв его трясущейся рукой начал плакать в голос, стараясь заглушить тот рев, что производило мое сердце, все мое тело сотрясала дрожь. Мы потеряли так много времени и сил, из-за неверно сделанных мною шагов, в тот день. С каким чувствами и мыслями Костя принес эту коробочку в тот день в ресторан? Что он хотел мне сказать? Возможно он уже давно носил ее с собой, а может...

Я прижал кольца к своей груди и свернулся калачиком на кровати, я тихо плакал, вся накопленная за эти тяжелые дни агрессия, апатия, боль, сожаления, мое желание найти Константина сейчас выходили из меня самым простым и самым нелегким способом омывая мои раны, заставляя боль утихать. Все будет хорошо, все обязательно будет хорошо. Я люблю его, я найду способ переубедить отца. Я смогу, раз Костя смог вернуться ко мне, значит и я смогу преодолеть все преграды на пути к нашей любви...

Я достал оба кольца из коробочки, свое, которое было поменьше, я надел на палец, а кольцо Кости продел на свою цепочку. Я обязательно одену его ему на палец, как только представиться такая возможность. С этими мыслями я в первые заснул без снотворного и мои сны в тот день были легкими и светлыми.

___________________________

Спасибо за звезды ⭐️ ⭐️ ⭐️ оставляйте свои отзывы и комментарии. Подписывайтесь :-)

Ваши звезды, это мой стимул писать далее свой рассказ.

Извините за кучу ошибок в этой и предыдущей главе, никак не могу заставить себя перечитать их. Пишите комментарии, и я все подправлю, спасибо за внимание.