112 ♡

- Ему снова холодно. Почему ему постоянно холодно?
- Гарри, ну не может ему быть хорошо всегда, - подметила Гермиона, не отрываясь от книги. Ей уже порядком надоело, что Гарри вечно переживает из-за своего соулмейта.
- Может. И так оно и будет, как только я его найду.

Он встал из-за стола, в спешке ударившись об него коленом. Гарри всегда замечал, когда соулмейту плохо, страшно или что он чувствует себя не в своей тарелке, но никогда не задумывался о том, что постоянно ударяется о что-нибудь, врезается или спотыкается и что его несчастная вторая половинка вечно чувствует себя избитой.

Тем временем Драко Малфой сидел в гостиной Слизерина, укутанный в плед и никак не мог согреться после вечерней прогулки.

- Печально будет, если она убьется раньше, чем я ее найду, - он сказал это не кому-то конкретному, но просто вслух, не отрывая взгляда от пляшущего в камине пламени.

- Она снова ударилась? - рядом оказалась Панси.

Ответа не последовало. Все было очевидено для них обоих, это случалось постоянно, каждый день.

Многие нашли пару здесь, в Хогвартсе, некоторые встретились на святочном балу (и с тех пор их совы не прекращали летать), и лишь некоторые - вне стен замка. Главное, что большинство, так или иначе, уже были вместе, подпитывали магическую силу и укрепляли связь.

Драко было обидно. Обидно до жути и немного страшно. Он всегда был если не первым, то главным. Если не  главным, то одним из первых и вот теперь он плетется в хвосте. Сейчас ещё есть время, но если до конца года количество магии в нем не станет расти, отец будет разочарован.

- Я должен найти ее. Она должна быть умна, наверняка из Когтеврана, так что поймет мои знаки. Мне лишь нужно придумать как их подать.

Панси странно поморщилась. Ей редко не нравился ход мысли Малфоя, но это был один из тех случаев. Она была одной из немногих, кто никогда его не боялся, хотя и уважал. Секрет был прост - чтобы ты не хотел сказать Малфоям, скажи это уважительно и они прислушаются или хотя бы поразмыслят об этом.

Она отложила книгу на стол и подвинулась на край кресла, показывая собеседнику, что она хочет сказать кое-что важное.

- Послушай, тебе не стоит так думать о своей избранной. Я тоже долгое время не была в восторге от Гермионы, но время показало, что она именно то, что мне было нужно. Как только я перестала сопротивляться и приняла ее, все мои дела пошли в гору. Хотя она и с Гриффиндора, мы обе стали сильнее. Мне теперь проще учиться. Я не говорю что ты должен принять незнакомку с распростёртыми обьятьми, просто не загоняй себя в рамки.

Драко подумает об этом. В Панси он никогда не видел девушку, но как студент Слизерина, она была одной из лучших. Обязательно подумает, но не сейчас. Сначала необходимо найти соулмейта, пока не начались экзамены. А там уж они разберутся.
Когда отбываешь наказание, минуты кажутся часами. Особенно в такой компании. Драко повернул голову к Гарри. Тот обреченно вытирал книжные полки от пыли и временами поглядывал на часы. Конечно, и саму Драко далеко не впервой оставаться после уроков. Но для Гарри, кажется, это стало привычкой. Почти хобби. Это же надо постоянно находить все новые и новые неприятности. Идиот.

- Ты что-то сказал, Малфой?

Видимо, последнее было вслух. Ну что ж, отказываться от своих слов он все равно не собирался.

- Сказал, что ты полный идиот. И застряли мы здесь только из-за тебя.

На деле же виноваты были оба. В этот раз их громкие пререкания на уроке уж слишком затянулись и профессору Граббли-Дерг не оставалось ничего другого.

- Ах, это я виноват?

Гарри подошёл к Драко и так хотелось ударить его пыльной тряпкой, когда с другого конца помещения послышалось злобное "шшш". Библиотекарь Ирма Пинс настаивала на полной тишине, даже когда в зале не было ни одного читателя.

- Твой соулмейт будет сущим злом, - прошептал напоследок Гарри.

Драко вспомнил все свои синяки и ссадины. Может не прям сущее зло, но его половинка явно будет той ещё занозой.

- Да? Зато я своего хотя бы найду.

- Ну все, мальчики. Расходитесь по разным углам, полок тут хватит на всех. И чтоб больше ни слова. Осталось каких-то пятнадцать минут и мы все будем свободны от общества друг друга.

Гарри принялся натирать полки с такой силой, словно старое дерево могло засверкать, и смотрел на край плаща Драко, виднеющегося из-за далёких стеллажей. Злость в нем закипала, не столько от обиды, сколько от невозможности высказаться.

Драко - просто разбалованный и вредный ребенок.

- Это я то разбалованный? Не меня в газетах с одиннадцати лет печатают! Великий Гарри Поттер то... Великий Гарри Поттер се... Так, гляди, в самолюбии и Дамблдора превзойдешь.

- Дамблдор самый...

- Что он? Самый великий волшебник?

- Да!

- Так подайся в домовые эльфы и грязь с его ботинок слизывай!

До Гарри кое-что дошло и он заткнулся. Драко тоже. Они орут тут, что есть мочи, уже минут пять. И не о чем-нибудь, а о Дамблдоре. Но Ирма Пинс, похоже, останавливать их не собиралась.

С лицом, полным тупого недоумения, Гарри выглянул из-за стелажа. Из-за другого стелажа на него смотрел Драко, с примерно таким же выражением.

Они посмотрели на библиотекаря, но та лишь спокойно заполняла бумаги и не обращала на них никакого внимания.

- Что за фокусы, шрамоголо...

Фразу Драко не закончил. И он и Гарри, оба кое-что поняли.

- Не-ет, - устало протянул Гарри.

Вот только его губы не двигались. Как губы Драко секунду назад. Теперь чтоб общаться им вовсе не нужны были слова. Если искренне хочешь что-то сказать соулмейту, он обязательно услышит твои мысли, где бы ты ни был. Хоть на другом конце света или комнаты.

- Все. По комнатам, - торжественно объявила Пинс, звонко захлопнула книги, лежавшие у нее на столе и только теперь заметила странное, напряжение, исходившее от наказанных и их не менее странную позу, - а вы чего это?

Ответом ей было лишь два уставших и очень несчастных взгляда.Команда Гриффиндора, уже в соответствующей форме, направлялась на поле для квидича. Вуд по третьему кругу повторял стратегию, но большинство уже давно не слушало. Гарри, обычно довольно внимательный перед матчем, сегодня был одним из зевак.

После случая в библиотеке они с Драко не общались. Если и замечали друг друга в местах общего сбора, то отводили взгляд. Явно нужно было что-то предпринять. Но что?

За спиной раздались голоса Фреда и Джорджа:
- Кто-нибудь раньше видел, чтоб Малфой передвигался с такой скоростью?
- Куда же делась его сногсшибательная походка?

Гарри поднял голову. И правда. Его вторая половинка почти летела по коридору, словно фурия, и направлялась при этом прямо к нему.

- Гарри-чертов-Поттер! Матч по квидичу? Мой тебе совет: держись за метлу двумя руками и летай ровно. Никаких растяжений, переломов и сотрясений. Мне плевать поймаешь ли ты снитч, я хочу чтоб правым глазом ты следил за одним квофлом, а левым - за другим. Если упадешь с метлы - я узнаю об этом первым. И в твоих интересах позаботиться, чтобы этого не случилось.

Гарри чувствовал себя так, словно получил кричалку. Особенно если учесть, что сразу после "совета", Драко скрылся в толпе так же быстро, как появился.

Ребята из команды смотрели на него и явно ждали объяснений.

- Мы соулы, - неловко пробормотал Гарри. Вуд лишь сочувственно посмотрел на него, а Фрэд и Джордж уже составляли список подходящих подколов.

Сказать, что игра шла туго - ничего не сказать. И погода была отличная, и ловец пуффендуя не был агрессивным, но все же Гарри летал так, будто впервые сел на метлу.

Не прошло и часу после начала матча, а Драко, увлеченно читающий "Сложнейшие элексиры" в своей спальне, почувствовал невыносимую тупую боль в левой ноге. Он как никогда был рад, что его, обнимающего свою несчастную ногу и едва ли не плачущего, сейчас никто не видит.

Значит, этот дурень все же упал.

За несколько часов неутихающей ноющей боли Драко слегка умерил свой пыл. Теперь он уже сомневался, стоит ли доходчивей объяснить Поттеру, почему ему не стоит падать или, все же, узнать, что случилось и посочувствовать.

Его дилемма решилась довольно просто. Гарри не пришел на ужин.

Неужели все настолько серьезно, что он в больничном крыле? Из интереса (и только из интереса, конечно же) Драко направился туда сразу после ужина.

Лестница была бесконечно долгой, особенно если учесть то, как он ковылял. Но все его боли и страдания показались просто смешными, когда он увидел, что стало с Гарри.

Тот лежал на больничной койке с едва ли приоткрытыми глазами и, казалось, вот-вот уснет. Его нога, стараниями мадам Помфри, не кровоточила и почти не воспалилась, зато были отчётливо видны глубокие борозды, достающие почти до кости.

- Как тебя так угораздило?

- Уворачивался от бладжера. Ты знал что под трибунами довольно хрупкая арматура?

И зачем он только спросил. Уворачивался от бладжера? Но раньше Гарри никогда не задумывался об этом мяче и всецело доверял братьям Уизли, концентрируясь только на золотом снитче.

Драко вспомнил свои слова, сказанные им прямо перед матчем. Выходит, это всецело его вина.

- Мадам Помфри дала мне какую-то сладкую настойку. Сказала, что через пару часов боль совсем утихнет, а к завтрашнему вечеру все заживёт. Вот только я засыпаю, - едва слышно пробубнел он и его глаза закрылись под тяжестью век.

Зачем-то Драко решил остаться и посидеть рядом, пока его не станут загонять в спальню силой.

Ничего, спи. Я больше никогда не подставлю тебя так. Может мы и не будем лучшей парочкой на День святого Валентина, но просто разумными мы быть сможем. Я побуду рядом, потому что ничем другим помочь не могу.

- Вообще-то можешь, - с явным усилием приоткрыв один глаз пробормотал больной.

Этот очкарик лезет в голову, когда не просят. Нужно научиться этим управлять.

- Научимся, - слабо улыбнулся тот. Драко лишь тяжело вздохнул.

- Ну, так что там с помощью? - вся его нежность куда-то испарилась и он снова стал классическим Малфоем.

- Не мерзни этой ночью, ладно? Хоть в три пледа завернись и у камина ляг, только не мерзни.

Больше они не проронили ни слова. Гарри почти сразу уснул и вскоре медсестра попросила Драко отправляться к себе.

Сегодня их сон был крепкий. Им не было ни больно, ни холодно.

__________
Не удержалась от "бонусной" зарисовки 👇

- У Гермионы - Паркинсон, у Рона - Забини, осталось только чтоб соулом Гарри оказался Малфой и Хогвартс будет больше походить на цирк, - Ли Джордану явно не нравились такие тесные отношения со Слизерином.
Фрэд и Джордж переглянулись,  вспоминая недавнее происшествие.
"Он не должен узнать"
"Когда пытаешься о чем-то не думать, то только об этом и думаешь, верно?"
- Я вас слышу вообще-то.
__________

Гарри скоро поправится и они с Драко начнут свой долгий путь сближения. Но кто сделает первый шаг?Экзамены были на носу. Гарри приходил в библиотеку каждый день и каждый день неизбежно вспоминал, как год назад они с Драко узнали, кто им предначертан. Сейчас все их ссоры казались глупыми, немного смешными и очень далёкими.

"Гарри, у меня получилось!" - звонко раздалось в его голове. Вспомнишь солнышко - вот и лучик. Гарри отложил книгу и улыбнулся.

"Получилось что?"

"Выйди из библиотеки, я в коридоре."

"Это ещё зачем? Сам подойди."

"Любишь, когда на тебя шикают?"

Гарри посмотрел на Ирму Пинс. Да, тут не поспоришь, шикать она будет.

В коридоре его ждал Драко. Счастливый и гордый, он явно хотел чтоб Гарри сам спросил:

- Так в чем дело?

- Я призвал патронуса.

Этому заклинаю Драко учился с самого начала учебного года. После сотен попыток, когда его палочка выдавала лишь едва видимый свет, ещё меньший чем от "люмоса", у него, наконец, получилось. И ему не терпелось поделиться этой новостью со своим учителем.

- Помнишь, ты говорил, что главное - это подобрать подходящее воспоминание, самое светлое. Я нашел его.

- Ну, и? - после всех вариантов, что они перепробовали, найти счастливое воспоминание Драко казалось нереальным.

- Это ты.

- Я?

- Ну, - его уши слегка покраснели, что всегда казалось Гарри особо милым, - не совсем ты. Твой патронус. Помнишь?

Первый раз, когда Драко увидел серебряного оленя, случился на летних каникулах. Тогда его родителей уже больше недели не было дома. В поместье Малфоев, огромном и сером, было одиноко и тихо.

А в полной тишине легко поддаться тревоге. Он не знал ни где родители, ни причины, почему их нету так долго и не знал живы ли они. С каждым днём отгонять подобные мысли становилось все труднее.

Одним вечером, ничем не отличающимся от десятка других, он сидел в гостиной, где развлекал себя чтением книг, которых, к счастью, здесь было бесчисленное множество. Когда за его спиной раздался легкий цокот. Драко следовало бы испугаться или хотя бы взять в руки палочку. Но почему-то все было наоборот. Ему стало спокойно.

Он обернулся. Высокий рогатый олень смотрел ему прямо в глаза, слегка склонив голову.

"Я долгое время чувствовал себя бессильным, словно в заперти. А затем я понял, что это ты. Я не могу помочь, и мне не удалось передать мысли или услышать твои. Но, пожалуйста, позволь моему патронусу побыть рядом. Возможно, со временем, тебе станет легче."

И правда. Тревога отступила и только теперь Драко понял, как был напряжён все это время. Он все равно переживал и с нетерпением ждал возвращения родителей или хотя бы каких-то новостей, но теперь все было немного иначе. Каким-то образом, этот сверкающих сгусток магии успокоил его.

Олень следовал за Драко по пятам не один день. Он лежал рядом, когда Драко готовил и когда кушал, они гуляли по саду и просто валялись на мягких коврах.

Иногда молчаливый спутник исчезал, чтоб вскоре появиться снова с коротким сообщением и снова умолкнуть.

Он перестал появлятся, лишь когда Нарцисса и Люциус Малфой наконец вернулись домой, к сыну. Потрёпанные, но живые.

Тогда Драко, было, испугался, что больше никогда не почувствует такого умиротворения. Но уже через месяц, в школе, впервые после всего произошедшего, он увидел Гарри и все его страхи испарились. Оказывается, рядом с ним самим (если не сопротивляться), так же легко и тепло, как и рядом с его патронусом.

Потому что дело тут вовсе не в магии.