Глава 29

Они разошлись под утро, когда полено полностью прогорело и потухло, оставив после себя лишь пепел. Хельга поспешила к своей семье, ее фигура быстро исчезла в тени утренних сумерек, а Ровена предпочла остаться в гостевой спальне; всего один бокал эля на нее сильно повлиял. Её веки тяжело опускались, но мысли всё ещё бурлили в голове. После долгих часов празднования она совсем не чувствовала себя готовой на перемещение. Попрощавшись с друзьями вернулись в свой дом и Салазар с Гарри.

- На самом деле, у меня есть еще один подарок для тебя - осторожно начал младший. Они разместились на диване в гостиной перед свежерастопленным камином, его теплый свет создавал уютную атмосферу.

- И что же это такое, что ты не стал дарить при всех? - заинтересованно поднял бровь Слизерин и потянул Гарри на себя в попытке обнять, но тот лишь выпутался из чужих рук - что-то не так?

- Просто мне нужно сосредоточиться - чуть улыбнулся тот.

Мужчина напрягся; серьезное выражение лица Гарри было слишком непривычно, а такие моменты обычно не предвещали ничего хорошего. Салазар видел, как его змееныш метался, все еще не уверенный в окончательном решении.

- Я... Гарри Джеймс Поттер принимаю ухаживания Салазара Слизерина, - наконец вымолвил он, и вздохнув словно перед прыжком в воду, продолжил, - Я дарю свое сердце и хочу связать с тобой свою душу.

Мужчина недоуменно моргнул, его глаза были широко раскрыты, отражая неподдельное удивление и радость. Серебряный браслет на тонкой руке Гарри задрожал, величественно переливаясь, и вдруг перетек на кожу, сияя золотым светом. Эфемерная линия проявилась и на запястье мужчины.

- Я готов подарить сердце и связать свою душу, - тихо ответил Слизерин, и в магические браслеты впитались в кожу обоих магов.

- Я люблю тебя, Салазар, - улыбнулся Гарри и нежно поцеловал мага в уголок губ, его прикосновение было легким, и в нем была вся искренность этого момента.

- Кажется я уже говорил, что так не целуются, - усмехнулся Слизерин, покачав головой. Но, несмотря на слова, он, не сдерживая страсти, снова притянул Гарри к себе, жадно покусывая нижнюю губу. Зарылся в темные волосы, потянув пряди и проводя языком по верхней губе, а затем отстранившись, тяжело дыша, прошептал на ухо, притягивая худощавое тело ближе: - Я тоже люблю тебя, змеёныш.

Они так и сидели на диване, переплетаясь конечностями, как можно ближе, кожа к коже, касались друг друга.

- Это самый лучший подарок, - тихо проговорил Слизерин, прижимая змееныша ближе к себе, ощущая тепло его тела, - Не могу поверить, ты действительно хочешь провести ритуал?

- Да, - Гарри потёрся носом о щеку Слизерина. - Я давно об этом думал и сейчас думаю, и уверен, что готов к этому. Если честно, я даже поинтересовался соответствующей литературой. Всё-таки мы оба лорды, и нужен равный союз.

- Ты выбрал, что именно хочешь? - заинтересованно спросил Слизерин, его зелёные глаза сверкнули от пламени камина.

- Есть один вариант, - произнёс Гарри, чуть зарделся. Он использовал магию для того, чтобы притянуть к себе старую, потёртую книгу с тёмным корешком. Она выглядела так, словно пережила многие эпохи, а её страницы едва держались. - Это из библиотеки Певереллов. Мы, как маги душ и дети смерти, рассматриваем партнёрство несколько иначе. Согласишься ли ты на это?

Книга с тихим шорохом перекочевала в руки старшего мага, и им пришлось немного расцепить объятия. Салазар, погрузившись в чтение, вдумчиво вчитывался в заковыристые буквы старого стиля, и казалось, что этот текст был гораздо древнее, чем он мог себе представить.

- Ты можешь отказаться, - осторожно произнёс Гарри, его голос звучал с нотками беспокойства. - Есть много других вариантов. Этот ритуал давно никто не проводил, даже из Певереллов. Он не популярен, - неуверенно залепетал Гарри, с замиранием сердца следя за бегающими по буквам глазами. Он нашёл эту древнюю книгу совершенно случайно, и даже Игнотус, будучи старым магом, удивлённо усмехнулся, когда ему впервые показали её.

- Мы будем чувствовать друг друга как две половины одного целого, - пробормотал чуть слышно Слизерин, осознавая всю серьёзность. - Если один из нас уйдёт, второй последует за ним. Ты действительно уверен в этом? Что, если я утяну тебя за собой? Разве тебе не хочется жить?

- Тебе напомнить, что я пошёл под аваду? - с лёгкой усмешкой отрезал Гарри. - К тому же это работает не только в сторону смерти, но и наоборот. Как однажды сказала госпожа, я появлюсь в её владениях только по собственному желанию, и это будет распространяться и на тебя.

- Нам нужно будет пройти испытание перед магией в истинности, - задумчиво произнёс Слизерин, его голос стал более серьёзным, когда он стал обдумывать все аспекты предстоящего ритуала.

- А ты что, уже разлюбил? Не думаю, что это станет проблемой, если даже папоротник показался нам, - весело бросил Гарри, чувствуя, как напряжение в воздухе слегка растворяется.

- Что ж, пожалуй, ты прав, - хмыкнул Слизерин, отложив книгу. Он вновь притянул Гарри к себе, ощущая тепло. - Тогда я не против, всё, что пожелаешь.

- Спасибо...

На следующий день все гости Гриффиндор холла, имели честь лицезреть бледного, чуть ли не седого Годрика.

- Церемония единения душ... - сипло переспросил он, в глазах сквозила тревога. - Может, вы еще подумаете?

- А в чем проблема? - удивленно спросил Гарри, искренне не понимая, почему все так обеспокоены.

Рыцарь, сделал глубокий вдох, будто собирая силы, чтобы выразить свои мысли.

- Если один из вас умрет, то другой утянет за собой и второго, - произнес он мрачным тоном, его глаза сверкали от внутренней борьбы.

- Не проблема! - простодушно ответил Поттер, полагая, что все это - не более чем заблуждение. - Госпожа, покровитель моего рода, не допустит подобного, скорее наоборот.

- Есть еще один момент, - заговорила ровным, но тихим голосом Ровена. - Вы будете чувствовать друг друга. Это замечательно, если это положительные эмоции второй половинки. Но что, если это будет травма? Агония, разделенная на двоих... А если неизлечимая болезнь? Оба обречены ощущать это и если к этому добавить долгую жизнь Певереллов, то ты обречен на вечные страдания...

- Ощущать смерть, но не умирать, - мрачно добавил Годрик.

- Я... не задумывался об этом, - тихо проговорил Гарри, его голос звучал совсем слабо. Он перевел взгляд на Салазара, который стоял рядом, и заколебался: - Ты знал?

- Да, я знал обо всех возможных последствиях, - спокойно пояснил мужчина, его лицо оставалось спокойным. - Но все равно согласился. Все, что ты пожелаешь, - добавил он, без осуждения в голосе. - И если ты все еще хочешь провести именно этот ритуал, то все хорошо.

Некромант вздохнул, его так заинтересовала идея разделить с Слизерином долгую жизнь дитя смерти, что он совершенно не задумывался о потенциальной цене этой магии.

- Если ты согласен на такие условия, то пусть остается церемония, - твердо сказал Гарри.

- И это я еще и безбашенный, - вздохнул Годрик, его эмоции постепенно переходили в лёгкую улыбку. - Раз так, то поздравляю. Вы бегали друг за другом два года, и теперь, наконец, свершилось чудо.

- Поздравляю, вы прекрасная пара! - с хихиканьем сказала Хельга, славя их чувства.

- Вы уже решили, когда будете проводить церемонию? - поинтересовалась она, полные надежды глаза сверкали, словно звезды.

- Через три дня в Певерелл гарде, - ответил Слизерин, его голос звучал уверенно. - Если есть желание, можете быть свидетелями.

- Если честно, мне очень хочется посмотреть на явление магии, - тихо произнесла Ровена, её глаза искрились от любопытства.

- Вы собираетесь делать официальное объявление?

- Зачем? Все, кто должен, теперь уже знают, - отозвался Слизерин, пожимая плечами. - Разве что можно еще Малфоя обрадовать, а остальные... это личное. Но если кто-то будет наседать, узнают, что змееныш уже занят.

- И не просто занят, ты его пометил со всех сторон! Где есть Певерелл, автоматически есть и Слизерин! - рассмеялся Годрик, смеясь во весь голос. - И несмотря на то, что у Гарри есть свой дом, он живет у тебя. Думаю, для всех это было лишь вопросом времени, - младший зарделся, он особо никогда не замечал собственнического поведения Салазара.

- Во всяком случае, мы очень рады за вас и обязательно придем на обряд, - сказала Хельга, её голос был полон искренности и тепла.