5

Серое, рассветное утро высвечивало идеалистическую мизансцену в vip палате – раненый и его "любящий" партнер в безмолвном единении. Один с перевязанной головой, с торчащими трубками капельницы, начинал просыпаться; второй – скрюченный в неудобной позе, еще глубоко спал, не замечая затекшие части тела.

Неожиданно второй, Поль, вздрогнул и проснулся от боли. Его руку с силой столкнули с кровати и она ударилась об прикроватную тумбочку.

- Ооооо, бл*ть, - Поль сел и начал потирать ушибленное место.

- Ты, ты ... убери... - шипел, хрипел парень на кровати не очень внятно. – Убери феро ... убери, сука, свои феромоны, - наконец, прокашлявшись, сказал альфа.

Поль посмотрел на Альберта, тот был прекрасно зол – красивое лицо, с небольшой щетиной, которая не портила его, а только придавала мужественности, черные, жесткие глаза, прямой нос. Дьявольски божественно. Так близко он его еще не видел.

Поль, вообще то, специально организовал с ним одну палату, чтобы зафиксировать свой запах у альфы – запах спасителя. Он и, правда, не контролировал свой феромон, не клеил защитный пластырь. Его нежный запах цветущей сирени плотно, но не агрессивно, стоял в палате.

- Мигрень, голова... открой окно и уйди, - приказал альфа. Кроме того, что болезненно ныл бок, левая рука и плечо, так еще и разболелась голова.

- Ооо, не знал. Сейчас наклею блокатор. Давно хотел сделать постоянный и вот, - он мило улыбнулся Альберту, - есть для кого.

Поль встал, потом опять сел, его тело плохо работало после сидячей ночи. Немного помассировав отекшие части, он, слегка прихрамывая, направился к окну.

- Ты, ты кто? – наконец, прозвучал долгожданный вопрос.

Поль молча, медленно шел к окну, улыбаясь самому себе. Не спеша приоткрыл его. Немного постоял там, наслаждаясь ветерком. В палату просочилась утренняя прохлада, Альберт облегченно вздохнул. Омега так близко, его так много.

- Я, Поль Кассиль, - омега повернулся и посмотрел прямо в глаза альфе. Не отрывая взгляд, прихрамывая, пошел к своим вещам, где был портмоне с запасом пластырей, - вчера ты попал в аварию, я тебя спас и привез в эту больницу и, кстати, - он замолчал, отвернулся, начал искать пластырь.

- Что кстати? – не выдержал альфа.

Поль не отвечал, раздумывая над второй, последней, пластинкой защитного пластыря, придя к решению, стремительно раскрыл и её, наклеив на первую.

- Да, кстати, - продолжил он, - и донорская кровь в тебя тоже моя, - говоря это, Поль шел к кровати Альберта, смотря ему прямо в глаза и улыбаясь, - и, и... теперь ты мне должен...

- Что??? ... Что должен?

Омега... пиз*ц... я должен омеге...

- Свою жизнь...

Глаза Альберта округлились от шока, от такого наглого предложения.

- Шучу... ну, может своё свободное время.

- Я, я ... спасибо тебе, конечно, что спас. С омегами не имею дел, мигрень, понимаешь ли... Я отблагодарю тебя деньгами. Ок?

Альберт окинул взглядом омегу, тот, конечно, мил, и он очень благодарен ему за спасение. Но, но...

С момента въезда в тоннель, Альберт мало что помнил. Этот грузовик неожиданно остановившейся, напомнил аварию, которая была в его детстве, они с родителями ехали в парк развлечений, как неожиданно машина перед ними встала, папа громко что-то крикнул, рванул руль у отца, и они съехали с дороги, затормозив в пшеничном поле. Никто не пострадал, но он навсегда запомнил, то жуткое состояние родителей и свой страх. Водить машину Альберт очень долго отказывался, только учеба за границей заставила его сесть за руль.

И вот, видя этот стоящий грузовик в темном тоннеле, как призрак прошлого, Альберт впал в панику и вдавил в пол не ту педаль. Дальше память о вчерашней аварии ничего не выдает. Утреннее пробуждение оказалось болезненным не только от ран, но и от типичной передозировки феромоном омеги.

Ничего отталкивающего в этом Поле нет, однако природу не обманешь – у него начинается мигрень от омеговских феромонов. Сближаться с объектом, который может вывести из равновесия, причем непреднамеренно, просто тем, что рядом, он не хочет, но он ему и, правда, должен.

Поль молчал. Такой исход «спасения» его не устраивал.

- Ммм... твое молчание знак согласия? Сумму скажи, и я переведу, как только смогу. Да, сколько времени? Где мои? Телефон, чёрт, договор, ноут... - Альберт погрузился в свои мысли, и, как будто, забыл об омеге.

- Ты не сказал, как тебя зовут. И, и... ты же знаешь, что ты красивый... - говорил Поль с искренней заинтересованностью, продолжая ловить альфу в свои сети, - ммм... хотя я спасал тебя не поэтому, просто так получилось, но ты, ты был на моих коленях, так близко... Если я уберу феромоны, то могу рассчитывать на пару ужинов ... в месяц...а?

Пара ужинов... плата за спасение...

- О. Нуу, если обещаешь быть «чистым», без запахов, то возможно. – По-деловому сказал альфа. Не первого омегу придется отшить, но позже. - Эээ, меня зовут Альберт Вонг. Может, хотя бы медсестру позовешь, - альфа совсем пришел в себя и начал руководить окружением.

Поль был доволен – компромисс был найден.

- И, да, я с тобой в одной палате до выздоровления. Обещаю быть «чистым». – Альберт не ответил, просто кивнул, - а что ты хочешь? Где-то болит? Может, я помогу? Ещё шесть утра...

- Всё тело болит и ноет, этому ты не поможешь. Нуу, мне нужна связь. Я думаю, что мои ребята меня нашли, их может быть, не пускают. Мне надо спросить медсестру. Надо связаться с компанией. У тебя есть телефон? Я, я... надо позвонить, меня ищут, я уверен.

Поль вынул из пижамного кармана свой телефон, но тот был мертв – зарядка кончилась.

- О, прости. Мой отключился. Но не обязательно ходить, можно и так... – Поль подошел близко кровати, к верхней ее части, потянулся через нее так, что его торс завис над лицом альфы и вытянутой рукой нажал на кнопку вызова медсестры.

Тонкий запах какого-то экзотического фрукта, может манго, ощущался возле самой головы Альберта. Альфа, несмотря на непереносимость феромона омег, все же выпустил свой – природа, мать её... Поль опять тихо улыбнулся – не все потеряно – реакция есть.

С приходом медсестры всё сразу изменилось. Секретари и, правда, нашли его еще ночью, но их не пускали. Они ворвались в палату вместе с ней. Помятые, с красными глазами, они спали каких - то три часа, на стульях в холле. Увидев живого шефа беты расцвели, тут же задернули шторку вокруг кровати и начали активно шептаться.

Секретари в течение дня то приходили, то уходили, всякий раз, неодобрительно косясь на Поля – он, а не они спасли директора. Выдворить из палаты его не могли. Шеф, по какой-то причине, согласился быть с ним вместе.

Приходили полицейские. Взяли показания и приписали эту аварию к несчастному случаю – видео четко показало, что пострадавший сам в ней виноват.

Поль уверенный во вчерашнем враче и оплаченной vip палате, совершенно не ожидал, что сегодня на осмотр придет другой. Новый врач сильно удивился предписанию предыдущего – оставить пациента на три дня в больнице. Омеге пришлось срочно провести уединенное совещание и «договориться» еще на сутки. Завтра в 10 утра его выпишут. У него есть ночь для более близкого знакомства с Альбертом, такого, после которого, он точно его не забудет.

Если отбросить такие двигатели возбуждения как феромоны или воображение – «мозг – самая эрогенная зона», то остаются препараты, причем, иногда, не специальные, а вполне нормальные. Поль сам попал на такой в своей юности. Совершенно случайно, после наложения швов на безобидную, правда, глубокую рану руки. Ему поставили укол интересного супер нового препарата "JTZ". С одной стороны заживляющего, с другой стороны с побочным эффектом – эрекцией. Почти час его пенис стоял, как кол. Поль, конечно, пару раз себе помог, но тот и не собирался падать, короче, то еще было мучение.

На всех ли этот препарат действует одинаково? Такой вопрос возникал в голове Поля, но быстро отбрасывался - без практики не понять. Терять ему нечего - он и так далеко зашел. У него есть эта ночь, чтобы получить доступ к телу альфы. И он, конечно, не ошибся – «волшебный» препарат был в больнице.

Его красота – страшная сила. Небольшое свидание с самой невзрачной медсестрой и, вот, в 21.00 она стоит со шприцом наполненным лекарством возле кровати Альберта.

Здоровье шефа не обсуждается, поэтому приказы медсестры - план к действию. Прежде чем уйти спать в гостиницу, они помогли альфе вымыться и лечь в кровать. Альберт мог бы и сам, он не был лежачим больным, но от помощи не отказался. Тело еще болело, руки плохо слушались, сгибаться так совсем невыносимо. Выполнив все приказы беты ушли.

Медсестра, поставив укол, пожелала всем спокойной ночи и на выходе из палаты выключила освещение. Ночник Поля, матовый шар размером с детский мячик, распространял мягкий, приятный свет, создающий интимную обстановку совершенно неуместную в данном месте.

Поль как бы смотрел в свой телефон, но на самом деле, краем глаза, наблюдал, как там дела на соседней койке. Альберт не шевелился, лежал тихо.

Не работает на альф???...

21.20. – Альберт согнул ноги в коленях, пытаясь скрыть эрегированный орган. Повернуться он не мог – рана на боку не позволяет. Альфа покраснел, его феромоны неожиданно проявились - палата наполнилась запахом лета - манго, потом начали немного давить - зло давить.

- Ээээ, друг, Альберт, что-то не так?

Тот молчал и пыхтел. Он совершенно не понимал, что происходит. Он не в том состоянии, чтобы с ним такое было, вернее, кроме как в гоне или во сне, подростком, его пенис так не стоял. И он не может ничего сделать, эта беспомощность угнетала.

Поль понимал, что его время пришло и тихо двинулся к кровати альфы. Тот сам ни за что не попросит помощи. Лицо альфы имело болезненную гримасу. На лбу виднелись капельки пота. Красивые, черные брови сошлись, образовывая несколько глубоких складок между ними. Губы плотно сжаты, глаза закрыты. В правую руку была воткнута система, он не мог ей далеко двигать, только с усиленно комкал одеяло под ней. Левая рука была вся перебинтована и не сгибалась. Страдать приходилось без движения и молча.

Поль чувствовал себя виноватым. Он никак не мог предвидеть действий альфы в аварии и таких последствий. Но уже есть, как есть. Поджав губу, он начал потихоньку гладить альфу по одеялу успокаивающими движениями, совсем не эротичными, а, скорее, родительскими, как маленького ребенка. Мягко и плавно: плечи, грудь, живот. Альфа, на первый взгляд, не реагировал, но, в то же время, не сопротивлялся.

Феромон альфы, вдруг, стал более тонким и провокационным. Омега, хоть и заклеил железу, но все же ощутил перемену и начал медленно проходить ладонью по низу живота. Альфа замер, чуть приоткрыл рот, оттуда вырвался непроизвольный стон. Этот сигнал Поль принял, как согласие и другой рукой, подлез под одеяло, подбираясь ближе и ближе к его стоящему естеству.

Альберт задрожал. Омега, недолго думая, лизнул его губы своим влажным языком, ожидая реакции – дадут продолжить дальше или отвергнут? Альфа, будучи уже полностью во власти возбуждения, не сопротивлялся и приоткрыл губы. Поцелуй получился скромный, изучающий. Поль оторвался и посмотрел на альфу, тот тоже смотрел на него. Взгляд был прохладный. «Я могу... - голос омеги был тихим, – ...продолжить?»

От него не должно пахнуть, на Поле был мега мощный блокатор. Если альфа сейчас скажет – нет, то это будет не из-за его феромонов. Глаза Альберта выражали молчаливое согласие, но оно было ближе к вынужденному, нежели к добровольному. Его возбуждение было физиологическое, неизвестной природы. Омега феромона он не чувствовал, поэтому он смог убрать свой феромон, разрешив Полю продолжить. Если бы он мог сам, то этот парень тут не стоял.

Глаза омеги были теплые и выражали сочувствие. Его приоткрытый рот был очень соблазнительный, в данный момент он ему нужен, а потом, потом... всё будет потом... Альберт тоже приоткрыл губы, они соединились в неглубоком поцелуе, знакомясь друг с другом. Руководил поцелуем омега, он посасывал нижнюю губу, пытаясь протолкнуть язык сквозь зубы альфы. Подвигаясь так немного, он пробил оборону и проник в рот, отдаваясь этому процессу со всей страстью. При этом его рука уже пробралась в пижаму и активно наглаживала возбужденный пенис - от яичек к головке и обратно. Не открывая головку только поглаживая круговыми движениями, сжимая пенис у основания, надавливая на корень...

Альберт чуть раздвинул ноги, он любил, когда гладили промежность, яички, горячую зону от пениса до самой дырочки. Он сам начал подмахивать руке омеги, чтобы тот прошелся по его эрогенным местам. Поль запустил под одеяло и вторую руку, которой гладил пах и милые шарики, сжимая то одно, то другое. Второй рукой, наконец, открыл головку и шоркнул пару раз пальцами, немного сжимая, отчего альфа замер, приподнял таз, и произошла неожиданная эякуляция.

Поль оторвался от поцелуя губ, продолжая дрочить одной рукой, другой откинул одеяло и начал целовать головку пениса, лизать вверх-вниз, всасывать его и облизывать кромку. Альберт, не переставая, стонал. В его пенис как будто вставили железный прут, он прочно стоял, готовый опять выплеснуться спермой. Вторая порция была выдана прямо в рот омеге, тот даже не поморщился, проглотил и продолжил дальше. «Нет, нет... дай мне отдохнуть...» - голос альфы был тихий.

Омега расстегнул пижаму и начал облизывать не забинтованные части – низ живота, грудь, плечи. Ореолы сосочков слегка сморщились от прохладной влажности после языка, сами соски стали твердыми, Поль их лизал и всасывал, отчего альфа опять застонал, омега снова начал «массаж» пениса. Казалось, что они вошли во вкус, омега стал понимать мелкие движения альфы – быстрее, медленнее, а глубокий минет ввел Альберта в экстаз, причем тело хотело отреагировать всё полностью, но боль в боку не давала, и получился такой странный оргазм – и больно, и хорошо...

Наконец, Альберт достиг предела своих возможностей. «Всё, прекрати...». Омега остановился, но не ушел. Альфа в его руках трепетал. Вспотевший от секса, томно дышащий, старательно отводит глаза, чтобы не показать своё удовольствие. Поль не стал его смущать. Молча обтер влажным, теплым полотенцем открытые участки тела, закрыл одеялом и примостился с ним рядом, боком, на краю кровати. Омеге казалось, что он где-то на экзотическом острове среди фруктовых деревьев - так прекрасен аромат удовлетворенного альфы.

Телефон Альберта лежал на прикроватной тумбочке и Поль его видел. «Я оставлю тебе свой контакт...» - это был не вопрос, а скорей утверждение. Никаких звуков от альфы не услышав, он взял телефон, тот не заблокирован, и внес в него новый контакт – «Поль – спасатель».

Больше ничего не мешало подписанию контракта и жизнь потекла своим чередом.