Часть 12. Смерти нет
Вэй Ин потерял Лань Чжаня из виду сразу после собрания. Где его бывший супруг, чем занимается — он не знал, и рассказать об этом ему никто не желал. Юноша с радостью воспринял известие о свадьбе Цзян Чена с Вэнь Цин, и был просто счастлив, когда понял, что его дорогая шицзэ понимала разницу между теми Вэнями, кто напал на их поместье, и теми, кто помогал им после. Вэнь Нин, не опасаясь, приходил к своему новому другу. Они вместе рассуждали над тем, насколько сложно создать армию из обывателей. Вэнь Нин, сильно смущаясь, говорил:
— Против заклинателей обыватели биться не смогут: что ни говори, но силы и знания будут не равны. Но против поднятых мертвецов они вполне могут сражаться. Нужно лишь объяснить им принцип. Для этого я могу привести нескольких с горы Да Фань. Это будет, к тому же, полезно для тех, кто живёт у подножия горы.
У Сянь радовался, что парень так ответственно подходит к заданию, которое, вообще-то дали ему, Вэй Ину. Однако у Вэнь Нина, кажется, нет ни грамма тщеславия. Он просто старается помочь другу и защитить этот мир.
Однажды в домик к Вэй Ину приходят братья Не. Таких гостей юноша не ожидал! Он настороженно смотрит на грозное оружие Не Мин Цзюэ, но тот отвечает на его взгляд:
— Я подавил свою саблю, Вам нечего бояться, молодой господин... Вэй.
Эта маленькая заминка смутила юношу. Он торопливо заговорил:
— Я опроверг сплетни...
— Мне нет дела до сплетен, молодой господин Вэй. Но я видел, как страдает мой юный друг. Для дела это хорошо, но для него — это настоящий удар. Но, конечно, это ваше дело. Раз вы так решили, значит... Поговорим про наши действия. Под мои знамёна встанет больше трёх тысяч заклинателей и примерно столько же обывателей. Как нам изготовить такое количество амулетов?
Вэй Ин рассказывает бывшему главе ордена Не, что нужно делать, а сам поглядывает на Не Хуай Сана. Когда-то они были друзьями, но сейчас юноша тщательно скрывает от него свои глаза. Ничего не понимая, Вэй Ин прямо спрашивает:
— Не-сюн, я обидел тебя? Почему твой взгляд никак не может встретиться с моим?
Хуай Сан бросает нервный взгляд на брата, и тот говорит за него:
— У а-Сана есть причины прятать глаза. Он вскоре может стать отцом. И его род продолжит женщина, дочь нашего врага.
Вэй Ин кивает, выказывая свою осведомлённость, однако Хуай Сан нервно схлопывает веер и говорит:
— Брат, хватит осуждать меня за это! Никто не хочет понять меня! Моя супруга — не дочь Вэнь Жо Ханя! Этот подлец выкрал её мать из семьи, надеясь, что родится сын, потому что до этого женщина трижды подарила своему законному мужу сыновей. Но в этот раз родилась дочь. Изгнать женщину из гарема Жо Хань не мог, чтобы не подтвердить слухи о своём вероломстве. Убить мать и младенца тоже не решился, так как мама моей супруги практиковалась на заклинаниях, дарующих и отнимающих всяческую силу, в том числе и мужскую. Так девушка и выросла во дворце. Мы встретились с ней, и сразу поняли, как много у нас общего: и она, и я не оправдали надежд своих родителей. Я знаю, что все говорят, что моя Ки Сон некрасива и не умна. Но это не так. Никто никогда не смотрел на неё внимательно, не слушал её речей. Я стал первым. И счастлив, что не принял предложения присмотреться к её сестричке Минь Юй. Вот уж, кого можно считать исчадием Ада! Но ты и сам это знаешь, Вэй-сюн.
Вэй Ин кивнул. Он улыбался, радуясь сразу двум новостям: Хуай Сан был и остался честным малым, и он действительно счастлив в этом браке! И всё было бы хорошо, но Не Мин Цзюэ намекнул ему об осведомлённости братьев Не относительно их настоящих отношений с Лань Чжанем! Так как в комнате не было посторонних, Вэй Ин спросил:
— Глава клана Не, где теперь Лань Чжань? С того собрания мы больше с ним не виделись.
Не Мин Цзюэ строго посмотрел на юношу и сказал:
— Это известие не должно огорчить Вас, молодой господин Вэй, если на собрании Вы сказали правду. Хан Гуан Цзюнь сейчас в Безночном городе. Вэнь Жо Хань желает ввести будущего преемника в курс дела. Их брак с Вэнь Минь Юй — почти решённое дело. Почему Вы так побледнели, молодой господин Вэй? Разве Вы не знали, что эта девушка прибыла сюда, как будущая супруга Второго Нефрита?
Вэй Ин хватается за грудь, пытаясь унять сжавшееся от боли сердце. Когда же он поднимает глаза, то видит в глазах присутствующих сочувствие. Но от этого ему легче не становится.
***
Вскоре Вэй Ин становится под знамёна ордена Юнь Мэн Цзян и вместе с двумя тысячами заклинателей и пятью тысячами обывателей двигаются к Ци Шаню. На подходе к городу они с Цзян Ченом наблюдают настоящее столпотворение: воинов так много, что город не в состоянии вместить всех, поэтому большинство из них размещаются прямо в поле. В город впускают только бывших глав, теперь командиров, но для Вэй Ина делают исключение, хотя он, вроде бы, не привёл в армию ни одного воина.
Вместе с Цзян Ченом они входят в Безночный город, идут к главному дворцу и видят всех, кто прибыл до них. Вэй Ин рассматривает людей, проходящих мимо них. Девушки города прекрасны какой-то дикой красотой. Привыкший к высоким замысловатым причёскам, которые женщины сооружали у себя на головах в Юнь Мэне, вдоволь налюбовавшись косами всяких видов плетения в Гу Су, даже припомнив головные уборы ордена Цзинь, юноша любуется свободно ниспадающими локонами. Тёмная кожа не портит прекрасных горянок, а делает их глаза с голубыми белками и глубокими зрачками ярче. Гибкости и грациозности их станов могут позавидовать лучшие танцовщицы Юнь Мэня и Лан Линя!
Однако когда улыбка начинает растягивать его губы, в поле зрения юноши возникает высокая фигура в белом. Лань Чжань шествует по улице величественно, не глядя по сторонам. Рядом с ним суетливо, почти вприпрыжку, семенит Минь Юй, молодая госпожа Вэнь. Она что-то щебечет, то и дело заглядывая в глаза юноше, но тот не сбавляет шага, погружённый в собственные мысли.
Лишь когда его взгляд натыкается на стройную фигуру в черном одеянии с красной нижней рубахой, величественный воин встаёт, как вкопанный. За время, что прошло с их последней встречи, прошло почти две луны. Вэй Ин поправился после болезни, привёл в порядок своё тело и мысли, вернул свою манеру одеваться и общаться, и снова превратился в того, на кого обращают внимание в первую очередь.
Второй Нефрит ордена Гу Су Лань не смог преодолеть смущения. Он развернулся и быстро пошёл от них, хотя именно его ждали в собрании. Понимая, что допускает страшную ошибку, Вэй Ин кинулся следом за ним с криком:
— Хан Гуан Цзюнь! Остановись! Мы же договорились больше не враждовать! Я держу своё слово, а ты? Почему уходишь? Да, я обманул тебя, сказав, что моя шицзэ покончила с собой, но это в прошлом. Вернись, Лань Чжань! Мы все нуждаемся в тебе.
Теперь они стояли посреди улицы друг напротив друга. Рука Ван Цзи сжимала рукоять Би Ченя так сильно, что Вэй Ин опасался, как бы она не треснула. Светлые глаза смотрели в чёрные, разбиваясь и рассыпаясь на осколки боли. Казалось, суровый воин готов прямо посреди улицы снести голову этому наглому мальчишке, и люди суетливо проходили мимо или вообще разворачивались и шли в другую сторону. И только Минь Юй стояла и смотрела на этих двоих, не сумевших скрыть от неё своей правды.
Лань Чжань, наконец, повернулся и пошёл во дворец. Виновато улыбаясь, за ним прошёл Вэй Ин. Вэнь Жо Хань уже сидел на своём месте. Он призвал дочь, усадил её слева от себя, а справа сел Лань Чжань. Второй Нефрит старательно смотрел прямо перед собой и немного вверх. Когда заговорил глава ордена Вэнь, приветствуя прибывших, Вэй Ин вдруг почувствовал неприятный холодок предчувствия.
Словно в подтверждение его ощущений, по залу прошёл ещё один воин в белых доспехах. Следом за ним шли пятеро — ниже ростом, но крепче в плечах. Их костюмы говорили о том, что воины прибыли издалека, а именно... с Севера! Лань Си Чень прошёл по всему залу, встал перед главой ордена Вэнь и поднял руку, требуя от говорившего тишины. Все взгляды устремились к нему. Лань Чжань так же посмотрел на брата, но затем его взгляд нашёл Вэй Ина и застыл на его лице. В это время Цзэ У Цзюнь заговорил:
— Я пришёл в данное собрание, чтобы представить моих друзей. Это — вожди северных племён. Они пришли к стенам Ци Шаня с одной целью: помочь нам вернуть тот порядок, который был у нас до этой позорной войны между Великими орденами! Вэнь Жо Хань! Ты победил не силой, но хитростью и вероломством. Мы не остались в долгу. Под стенами твоего города стоят две армии сильнейших заклинателей. Мы подменили обывателей воинами с Севера, и теперь у тебя нет выбора: ты должен вернуть нам тот мир, который отнял. Ты не можешь вернуть жизни, не можешь повернуть вспять время, но остановить то, что сейчас происходит, ты можешь.
Все с ужасом смотрят на Первого Нефрита. Почти все вначале подумали: Цзэ У Цзюнь заключил сделку с их врагами, как его дядя! Однако вскоре они осознали, что «обывателей» гораздо больше. И пожелай они захватить их, это было бы сделано в первые же дни их продвижения к Ци Шаню. Однако ничего подобного не произошло, сам Нефрит ни на что не претендует, кроме возвращения всех по своим местам! В зале поднимается рокот одобрения, но глава ордена Лань поднимает руку, и все затихают. Ждут ответа от главы ордена Вэнь.
Тот сидит на своём чудовищном троне, абсолютно бледный. Такого предательства от самого честного из заклинателей он не ожидал! Его руки тянутся к мечу, но бледная ладонь Лань Чжаня быстро выхватывает оружие из ножен врага, а другая приставляет к горлу Жо Ханя Би Чень.
Все внимательно следят за двумя высокими фигурами в белом, и никто не заметил хрупкую фигурку в красном одеянии с языками пламени по подолу. Лишь тихий стон, похожий на всхлип, отвлёк внимание всех от Нефритов ордена Гу Су Лань.
— Прости, — шепчет Минь Юй. — Пока на этом свете есть ты, у меня нет ни единого шанса на любовь!
— Дурочка, — говорит Вэй Ин, брызгая кровью изо рта, — вот теперь у тебя нет ни одного шанса!
Мимо его плеча пролетает почти прозрачный меч и пронзает горло Минь Юй, которая старательно проталкивает отравленный кинжал прямо в сердце любимого.
***
Глава ордена Цзян с тоской смотрит на старшего сына. Цзян Ван Ину уже семнадцать. Завтра он поедет в Облачные Глубины, и Цзян Чен окончательно потеряет его. Именно поэтому сегодня он берёт талисман перемещения, целует свою супругу, и отбывает к тому, кто отнимет у них первенца. Его не ждут.
Как и много лет назад мужчина одет в белые одежды. Благодаря постоянному самосовершенствованию, он практически не изменился: такой же высокий и стройный, с прекрасным лицом и светлыми глазами, с холодным выражением лица. Лёгкое удивление выдаёт сурового воина, но он приветствует прибывшего:
— Глава клана Цзян!
— Хан Гуан Цзюнь! Прости, что прибыл тайно и без предупреждения. У меня есть на то веские причины.
Лань Чжань предлагает гостю присесть и наливает ему чай. Цзян Чен от волнения никак не может прибрать рукав так, чтобы не смести им всё со стола. Лань Чжань начинает хмуриться. Тогда Цзян Чен вскакивает и принимается бегать по комнате: когда не видно этих льдистых глаз, говорить проще!
— Хан Гуан Цзюнь, я знаю, что с тех пор, как погиб Вэй Ин, ты занят тем, что ищешь его душу. Но сила, которой ты с ним так щедро поделился, вернулась к тебе. Его нет среди мёртвых, Лань Чжань! Ты ищешь не там!
Второй Нефрит, кажется, сравнялся бледностью кожи с одеждами, пока слушал бессвязные речи главы ордена Цзян. Тот продолжал:
— Я сам долгие годы искал его, призывал, отсылал с каждым мёртвым послание, чтобы он отозвался. И Вэй Ин отозвался, Лань Чжань!
Хан Гуан Цзюнь схватился за рукоять меча, словно ища у него защиты.
— Я тогда не сразу это понял, но чем дальше, тем становилось очевиднее, что это так! В итоге я решил, что не хочу делить его с тобой. Ты... поступил с ним плохо, и я тебя пока не простил. Да, ты убил мерзавку, что лишила его жизни, но перед этим ты почти уничтожил моего шисюна: сначала своим равнодушием, потом любовью, и добил презрением. Он умер, считая, что ты его бросил. Не смотри на меня так, я знаю, что ты исполнил его просьбу, но он надеялся, что ты найдёшь другой выход, а ты... просто прислал ему это поганое письмо, которое он так и не выбросил! Я презираю тебя, Лань Чжань! Столько раз он предлагал тебе всё, что у него было — свою дружбу, свою преданность, а потом даже свою любовь, но ты всё отверг! Я мечтал о том, что когда-то он забудет тебя, найдёт миленькую заклинательницу и проживёт с ней долгую и счастливую жизнь. Но у него не было времени. Он умер. Я просил Небо, чтобы его душа очистилась от привязанности к тебе, но и этого не произошло! Лань Чжань, ты когда-нибудь встречал моего старшего сына?
Второй Нефрит кивает, не в силах говорить. Он далеко не глуп, в его голове уже всё сложилось, но понять и получить подтверждение — разные вещи. Он вспоминает тот день, четырнадцать лет назад, когда шёл по Юнь Мэню, неся за спиной Гу Цинь, и вспоминая, как нёс на себе погибающего от ран Вэй Ина.
Они тогда выбрались из пещеры черепахи-губительницы, им помогли, и можно было оставить юношу на попечение дяди и сводного брата, но Лань Чжань упрямо нёс юношу до его дома. До комнаты, до кровати. Только тогда Хан Гуан Цзюнь, бросив прощальный взгляд на бледное прекрасное лицо, покинул Пристань Лотосов. Чтобы спустя год узнать, что Вэй Ин погиб при захвате поместья. Чтобы найти его в Облачных Глубинах рядом с наречённой. Чтобы вступить с ним в брак и чтобы потом потерять.
Вдруг ему под ноги выбежал мальчик лет трёх. Он обхватил его ногу маленькими ручками и заглянул снизу прямо в глаза сурового воина. При этом ребёнок смотрел на взрослого заклинателя с такой знакомой улыбкой, что сердце Второго Нефрита едва не разорвало от боли! Лань Чжань схватил на руки мальчика, поднял его и посмотрел в глаза, такие знакомые и дорогие! Он спросил:
— Как тебя зовут?
— А-Чон, — ответил ребёнок, слепя взрослого неповторимой улыбкой.
И тут же к ним подбежала молодая женщина. Ван Цзи тотчас признал Вэнь Цин и спросил:
— Госпожа Цзян, это — Ваш сын?
— Да, Хан Гуан Цзюнь, это мой сын, Цзян Чон. Я только на миг выпустила его ручку, и он тут же убежал! Такой непоседа! — смеялась счастливая мать.
Она протянула руки, чтобы забрать ребёнка, но тот вцепился в шею чужого взрослого и не желал отпускать, приговаривая: «Гэ-Гэ, это мой Гэ-Гэ!»
В конце концов, Ван Цзи вернул ребёнка матери, и потерял покой. Такое сходство никак нельзя было объяснить! Однако с той поры, сколько бы он не искал этого мальчика, тот пропал. Кто-то говорил, что отец отправил дитя в монастырь. Кто-то уверял, что ребёнок умер в младенчестве. Другие утверждали, что его и не было никогда, иначе Цзян Чен не представлял бы своим наследником тринадцатилетнего подростка Цзян Чина. Скорее всего, старший ребёнок четы Цзян был... девочкой? Многие слухи, но ничего, что могло бы успокоить сурового воина.
И вот, накануне прибытия в Облачные Глубины новых учеников, к нему заявляется сам Цзян Чен, к тому же с такими вопросами! Лань Чжань Снова сжимает рукоятку меча и делает знак продолжать. Глава ордена Цзян говорит:
— С тех пор мой сын для меня перестал быть сыном, Лань Чжань. Он только и говорил о тебе, спрашивал о тебе, рассказывал о тебе! Я понял, кто пришёл в мою семью. Чтобы не привязываться к ребёнку, я отправил его в монастырь на обучение. Три дня назад он вернулся и первый вопрос, что он задал, был: «Я еду к Лань Чжаню, отец?» И я окончательно смирился. Хан Гуан Цзюнь, береги его! Судьба так редко даёт второй шанс!
***
На следующий день Второй Нефрит ордена Гу Су Лань встречает учеников в Облачных Глубинах. Он сразу находит глазами стройную фигуру, одетую не по правилам: в чёрное верхнее платье и красное нижнее. Волосы непокорно рассыпались по плечам, улыбка озаряет собой всех, кто готов ей любоваться, но чёрные глаза уже пристально смотрят в светлые. Когда юноша подходит к Лань Чжаню, его сердце готово вырваться из груди, потому что юноша говорит:
— Ни один из нас не покинет этот мир, пока жив другой. У нас — одно Золотое ядро на двоих. Мы оба живы, пока жив хотя бы один. Смерти нет, только Перерождение. В этот раз будь со мной нежным, Лань Гэ-Гэ! — улыбается юный Цзян Ван Ин.
Дорогиемои! Если вам понравилась глава, нежалейте комментариев и классов, этопоможет другим узнать о ней. А ещё можетепоблагодарить автора, отправив емувознаграждение с подписью "на кофеёк"на карту СБ 2202 2080 1151 6789
Всемзаранее спасибо, а моё личное "спасибо"можете получить в ТГК
https://t.me/kh3355577
Тамже я визуализирую героев новых фф иделюсь понравившимися видео про BTS