14
Лучшим средством от бессонницы и дурных сновидений, по мнению специалистов в этой области, являются три составляющие: отдалëнный от городской суеты, деревянный дом средь лесного пейзаже, звуки природы от монотонного стука дятла по стволу, до разнообразных трелей и рулад в кронах, где перешëптываются листья с ветром. И полный покой! Недаром, многие дорогие лечебницы, специализирующиеся на душевных расстройствах, размещают именно в таких местах.
Сейчас, ко всем умиротворяющим звукам природы, что жители городов, вынуждено покупают в записи, добавились неприятные дребезжащие металлические удары. А затем, надоедливый звук мотора, циклично рычащий и затухающий. Луи посмотрел в окно. Натаниэль притащил машину Ваби - что им с Рэем, пришлось оставить из-за поломки - использовав свою, как тягач. Кажется её почти удалось починить, он всë утро провёл под машиной, а теперь нырнул наполовину под капот. Ваби внимательно следил, очевидно давая указания. Когда Натаниэль закончил и подошёл к бочке с водой, то был перепачкан в темной машиной смазке с головы до ног. Он принялся яростно оттирать себя, куском тряпки с мылом, то тут, тот там пропуская сальные пятна, цвета жжëной умбры. Луи надоело на это смотреть, он вышел:
- Давай я помогу тебе - он протянул руку за тряпкой и как ни странно, тот послушно отдал её.
Если можно привести ландшафтные аналогии с человеческим телом, то иные из них, похожи на рыхлые почвы болот, или тонкие гребни песчаных барханов. Другие, на скальные уступы и выщербленные колëсами дороги. Тело, что было сейчас перед ним, имело пожалуй самую привлекательную структуру из всех. Это был рельеф Гранд-каньона и при этом, с мягкими переходами мышц, под кожей, цвета опалëнных песков Калахари... Безыскусный обветренный загар, полученный не под лампами солярия и врождённая крепость, естественно развитой мускулатуры, принадлежащая человеку, не чуждого спортивному бою.
Луи почувствовал на себе взгляд Танту и отбросил тряпку, закончив дело.
- Говорят, ты скоро состаришься на год? - спросила она, сев на крыльце.
- Правда - Луи опустился рядом - в связи с этим, приглашаю тебя на свои именины. При том, что не знаю, где они собственно будут проходить и будут ли вобще... Но мы, могли бы что-нибудь придумать, добравшись до города! Деньги у меня есть.
- Отлично! Я знаю пару клубов, куда нас пустят, потому что вышибалами, стоят мои кузены.
- Эй, эй притормози тусовщик, если что, снова мне тебя вытаскивать - Натаниэль застëгивая рубашку, сел рядом - твоя мать, нацелилась на особняк Ансонов, а значит это будет грандиозный вечер! К ним съедется весь бомонд.
- Вот чëрт - расстроился Луи - это просто ужасно! Я ненавижу такие вечера...
- Твоя мать, стремится сиять, а отцу, нужно представить её высшему свету. К нам, могут просто не приехать - жëны бывают очень мстительны. В утешение, я отвезу вас в клуб тем же вечером и даже, побуду личным охранником.
Луи покосился на него: неужели его старания, дали плоды так скоро?
- Я уже столько раз спасал твою задницу, что похоже приобрёл зависимость - объяснил тот, словно угадав его мысли.
- Танту... может сейчас же отправиться с нами и погостить в одной из ваших фешенебельных комнат? Поплавать в вашем роскошном бассейне..? - спросил Луи, решив воспользоваться миролюбивым настроением последнего и помня, как закончилась их совместная поездка в последний раз...
- Попробуй ей запретить! - предложил тот, скептическим тоном.
Та издала победный клич и понеслась в дом, собирать сумку. Они ехали под её звуковые импровизации, она аккомпанировала сама себе, стуча по голенищу сапога. Натаниэль вторил ей, отбивая такт по панели одной рукой. Настроение у все было что надо! Первая, мысленно уже отплывала от борта бассейна, держа в руках коктейль, второму не терпелось увидеть своего Сирокко в стойле. Третий пассажир, просто был рад, что на него не орут, не пытаются поколотить и в целом, ничего подобного как-будто не предвидится в будущем! Хотя, с этим психом, конечно нельзя быть ни в чём уверенным. Словно желая и дальше поддерживать свой положительный образ, Натаниэль притормозил. На капот приземлился небольшой ворон и внимательно вертел головой, словно дорожный офицер.
Водитель повернулся к Луи улыбаясь:
- Смотри, что будет!
Он достал пачку своих вонючих чёрных «American spirit» и раскрыв её, выставил руку в окно. Ворон подлетел, немедленно принявшись вытаскивать одну из них, за фильтр!
- Что ты делаешь?! - возмутился Луи - Белоснежки из тебя не вышло и ты хочешь отравить бедную ворону, как злая мачеха..?
Натаниэль посмотрел на Танту с безнадëжностью:
- Я для него злодей!
- Успокойся - сказала та Луи - птица не станет её есть!
- Да! Представь себе, вороны поумнее тебя - не выдержав, вставил обиженный Натаниэль.
- Он понëс сигарету в гнездо - объяснила Танту - табак, помогает им, отпугивать насекомых и различных паразитов. Разумеется так делать не стоит. Это скорее пример того, как разная живность, умеет приспособить себе на пользу, даже продукты человеческих пороков.
- Ясно.. Белоснежка двадцатого века! - пробормотал Луи.
- Ты упадëшь в обморок, когда узнаешь, что например бурундука интересуют не только орехи! - Натаниэль снова обратил на него, насмешливые глаза - Он ворует птенцов, из гнëзд мелких птиц, пока мать, раздобывает им пищу! Вот так! Кровавые Чип и Дейл!
- Спасибо, что дополнил сюжет, моих ночных кошмаров! - поблагодарил Луи.
Всë же, они мирно добрались до ворот имения, где как оказалось, сбывались мечты: Натаниэль не заходя в дом, побежал на конюшню, откуда через время, умчал на Сирокко в долину. Танту наслаждалась во всю, ныряя в тëплые волны жидкого топаза, как это может делать лишь человек, лишëнный подобных удовольствий на постоянной основе. Замечательный день, который он провёл болтая с подругой и нежась на матрасе - кажется его ужасное лето, начало исправляться!
Вечером, они отправились с ней в игровой зал. Тот посещали лишь слуги, да и те, похоже пресытились. Две дюжины бутылок Budweiser, скучающе смотрели на них из мини бара.
- Кто-то из работников, оттягивался забивая череду карамболей и оставил их здесь, в ожидании, приятного следующего раза! - заключил вошедший следом Натаниэль, взяв одну в руки и посмотрев на крепость.
Для него, этот светлый лагер был досадно слаб, словно детская содовая.
- А нам с Луи подойдëт! - заявила Танту, угадав его мысли по кислой мине и поджатым губам, конфисковав сразу несколько бутылок и два пузатых бокала.
Похоже Натаниэль - как на памяти Луи, ещё с ним не бывало - оставался в прекрасном расположении духа, был добр и готов, провести с ними вечер, никуда не уезжая из дома...
- На что играем? - спросил он беря кий со стола.
- У меня нет наличных - отозвался Луи.
- А у меня нет наличных, которые я готова отдать мажору, что живёт за счёт семейного фонда! - Танту, вызывающе вскинула брови - я подрабатываю официанткой в кафе и думать забудь, чтобы я на деньги играла.
- Кто кроме вас двоих, говорил о деньгах? - возмутился Натаниэль - никакого воображения! Играть можно на желания, вещи... да на что угодно!
- Тогда... на позорные байки, из собственной жизни! - включилась Танту - такие, которые обычно планируешь унести с собой в могилу! Ну... или хотя бы забавно позорные, о которых знает лишь узкий круг лиц и которые, ни за что не доверишь, даже своему психоаналитику. Даже с подпиской о неразглашении!
- Годится! - усмехнулся Натаниэль.
- Нет нет, никакого бильярда - сказала она отнимая у него кий.
- Он в него отлично играет! - сообщила она, повернувшись к Луи - и до утра, будет внимательно запоминать об эпизодах нашего позора, а мы не узнаем о нëм ничего.
- Боулинг! - выкрикнула она и вприпрыжку поскакал в соседний зал, гремя бутылками в картонных киперах.
- В боулинг, я тоже играю отлично - небрежно бросил тот Луи, через плечо, отправляясь за ней.
Он не соврал, несколько фреймов подряд, разбивая весь стройный ряд, блестящих кеглей.
- У тебя длинные руки! - возмущалась Танту - ты как долговязая горилла! Дай же нам шанс!
- Хорошо! Я закрою глаза! Или... буду делать бросок, стоя спиной! Тебя это устроит? - смеялся тот в ответ, неизменно разбивая кегли каждый чëртов раз.
- Что ж - сказала та, собрав лоб в гармошку и откупоривая, третью бутылку - приготовьтесь слушать, как я облажалась, едва занеся ногу, через порог колледжа, в который собиралась поступать. И название которого, я не не сообщу, даже прижигай вы мне пятки расколëнной кочергой!
Они уставились на Танту в ожидании, пока она планомерно, глоток за глотком, опорожняла свой бокал. Похоже, история действительно, ей самой, казалась позорной вне всяких сомнений.
- Вобщем, это был очень хороший колледж! - с грустью признала она - у меня были все шансы на стипендию, не только как для представительницы коренных жителей Америки. Я действительно рвала свой зад, стараясь набрать нужные баллы. И вот! - свершилось! Я могла пройти подготовительные курсы, открылась первая створка, волшебных ворот и мой нос... прошиб пафос местных обитателей. Похоже, здесь собрались не для того, чтобы получить хоть какие-то знания об устройстве работы биржи, деятельности брокеров и прочем, что может сделать тебя богачом, даже за одну хорошую сделку! Им это было не нужно. Все дефилировали друг перед другом, в дизайнерских шмотках и планировали, лишь вечеринки на пару лет вперёд, ну и может, последующую пересадку донорской печени. Я закрылась. Знаете, как в боксе, чтобы не пропустить удар - мои самые дорогие джинсы, стоили не больше пятидесяти долларов. И как-то раз в кафе, ко мне подсела Она... Всё то время, что я там находилась, я наблюдала за ней. Издалека конечно. Первый курс, но дочь одного из соучредителей и член студенческого комитета, который мог рекомендовать новичков для списков на стипендию, да и просто неземное видение в дизайнерских шмотках, которые смотрелись на ней, как ни на ком другом! Светлые волосы как у эльфийской принцессы, кожа отливающая перламутром... Можете смеяться надо мной сколько влезет! Когда вы влюбитесь сами, эта и другая подобная чушь, сама будет лезть к вам в голову, а пока, просто поверьте на слово. Она сказала мне: «привет!» и ещё что-то из разряда дружелюбного, а я, только таращилась на нее! И потом я услышала: «О! Про сти по жа лу йс та» - она сказала это по слогам и с такой тщательной артикуляцией, что я вытаращилась на неё очевидно ещё больше. Дело в том, что в кампус заехала группа ребят с дефицитом речи. Понимаете? Она реально приняла меня за глухонемую! А я, просто не стала её переубеждать, так и не сумев придумать быстро, что-то умное в ответ. Чем вобще, я её привлекла? - для меня не было ответа. Она писала мне в блокноте. И я, отвечала ей тем же путём!
Натаниэль не выдержал и расхохотался, тут же об этом пожалев и благоразумно заткнул рот, горлышком бутылки.
- Значит, тебя привлекают девушки? - осторожно уточнил Луи, не находя ничего смешного в её истории и всем сердцем истинного невротика, готовый проявить участие.
- А ты думал, что нашëл себе наконец подружку, не прилагая усилий? - усмехнулся Натаниэль, переведя взгляд на Танту и снова присосавшись к бутылке.
- Это тайна, лишь для моего деда. И не относится к числу позорных пятен, на биографии. Не исключаю, что встречу когда-нибудь парня, который сможет меня привлечь! - она подмигнула Луи.
- Ну и мы, вроде как сблизились с Ней - продолжала она - вечером, ночью, а нередко и днëм, я работала языком, а в остальное время помалкивала! Так продолжалось до тех пор, пока мне не пришел запрос, на подтверждение статуса из мед.страховки. Она включила меня в список на стипендию для тех, чьи возможности были ограничены..! Всë зашло ещё дальше, когда Она стала изучать язык жестов, ожидая разумеется, что я его пойму! Вобщем, я проявила повторное малодушие: собрала вещи и свалила оттуда, отправив эмейл об отказе на место и ничего ей не объяснив, и не попрощавшись.
Она вздохнула:
- Не будь я влюблена, всë было бы проще. Я бы призналась, мы бы посмеялись над этим. Или может, я получила бы прозвище чокнутой! Всë проще, когда тебе плевать... Но тогда, я просто лишилась возможности соображать. И тогда и теперь, я не могу вспоминать об этом, на трезвую голову! Думаю, повстречайся мы друг другу где-то - я прыгну в ближайшие кусты, или в мусорный бак, лишь бы избежать встречи. Наверняка, она всë узнала после...
Натаниэль понимающе и даже сочувственно, покачал головой:
- Если это тебя утешит, у меня есть позорная история, отчасти связанная с мусорным баком!
- Это утешит меня! - поспешно вставил Луи, горя нетерпением её послушать.
Натаниэль, посмотрел на него инфернальным взглядом, своих обжигающих синих глаз, уже слегка пьяных, после пятой бутылки:
- Возможно как раз тебе, придëтся заткнуть уши, это история из разряда «для взрослых».
Вот оно! Он снова оказался недостаточно взрослым! Луи сердито встал, собираясь демонстративно уйти.
- Куда ты? - удивился Натаниэль - я лишь предупредил! Ты что, собрался обидеться?! Ты не хочешь послушать, при каких обстоятельствах, я оказался нагишом возле бака с помоями, сооружая себе подобие набедренной повязки, из использованного мусорного пакета?
Луи улыбнулся, усаживаясь обратно и беря из рук Танту, протянутый бокал:
- Я готов заплатить, чтобы послушать!
- Вобщем, это была очень хорошая Миссис - начал он, подражая Танту во вступлении.
Та закатила глаза, растянув рот, в понимающей улыбке. Натаниэль, рано стал интересоваться женщинами и они во всю интересовались им! Он купался в обожании подруг матери... и подруг их подруг, не пренебрегая знакомствами с их дочками, падчерицами и внучатыми племянницами.
- Я был совсем юный, кажется это была старшая школа, а от её навыков, могло снести крышу и куда более опытным везунчикам. Бог благословил её длинными пальцами и она могла проделывать ими такие вещи, зайдя сзади, которые могут лишь бездарно симулировать в порно. Одновременно и моя главная фронтальная часть, не оставалась без внимания! - одним словом, я подсел. Она была замужем, жила в огромной квартире на Манхэттене, похожей на роскошный аквариум, для дорогих рыб. Её муж, пропадал на работе в адвокатской конторе, а я был к её услугам разумеется! - сбегая с тренировки и частенько вместо занятий, спеша к ней в кровать. Разница в возрасте между нами, была основательной и всë же, тогда она была женщиной во цвете лет, а я, сошедшим с ума от счастья спермотоксикозником. Со сверстницами из Верхнего Ист- Сайда, было слишком много лишней возни. Нет, целомудрием они не отличались и могли целоваться скажем с барменом, уже в четырнадцать. Но меня не привлекал неуклюжий перепихон в раздевалке или комнате, прячась от родителей. Кроме того, за этим, неизбежно бы последовали, усыпляющие разговоры о чувствах, а мне тогда, вовсе не хотелось романтики. Короче говоря, моя кирка, наткнулась на золотую жилу! - и мне было плевать, что привратник может нас заподозрить, плевать на косые взгляды надменных соседок, плевать, что она была знакома с моей матерью и они вместе возглавляли благотворительный фонд, плевать, что мы занимаемся этим на простынях, которые ещё помнили форму зада её мужа, что отчаливал с расцветом и возвращался к вечеру. Хотя, мы делали это и в душе, и в столовой и на полу гостинной. Я ни о чём не думал, кроме одного! Она похоже тоже. Поэтому, одним таким днëм, мы пробовали на прочность письменный стол, в его кабинете. Стол был просто превосходный и мы бы обязательно отправили хвалебный отзыв фирме-изготовителю, потому что он выдержал натиск нескольких, совершенно диких оргазмов подряд! - но совсем рядом с дверью, послышалось что-то вроде классического: «дорогая, я дома!»
Чёртов аквариум, был слишком огромен! - в обычной квартире, мы запросто услышали бы, возню ключей в замке, здесь же, я почувствовал себя мышью, чей хвост зажала мышеловка! В прямом смысле зажала. Я только потом выяснил, что мышцы влагалища, способны сокращаться в стрессовой ситуации, с такой силой, что освобождать свой орган, придëтся уже в больнице! Пожалуй, распространяй эту информацию наши СМИ, случаев изнасилования, было бы гораздо меньше. Вобщем, если у неё на кону, стоял развод без права получения супружеской поддержки, то и мне было что терять!
Мы отчëтливо слышали, как он идёт через гостиную, направляясь прямо к нам. Соображать было некогда! Я стащил её на пол, едва не теряя сознание от боли, накрепко зажатого члена и накинув на нас покрывало, передвигаясь на четвереньках пустился через комнату почти вскачь! Да да, мы синхронно бежали через всю их огромную гостиную, изображая проказу их большого пса. К счастью последний, был на прогулке с собачьей няней и не знал, как мы портим ему репутацию перед хозяином, в его отсутствии! Мы выбежали на лестницу, через чёрный ход.
Луи валявшийся на полу, расплескав своё пиво и беззвучно смеясь, взял себя в руки, заинтересовавшись фактической стороной дела:
- А если бы его хозяину, показалось подозрительным ваше перемещение и он сдëрнул покрывало?
- Откуда мне знать? Пришлось бы огреть его чем-нибудь по голове! А потом, она убедила бы его, что всё это ему приснилось! От кислородного голодания мозга, пока он был в отключке, например - пожал плечами Натаниэль.
- Мы видели их невозмутимого, прекрасно прогулявшегося пса, через окно машины, когда разворошив контейнер с помоями и обернув свою нижнюю часть, пакетом для мусора, ехали в такси в пресвитерианскую больницу, преодолев до этого момента, в таком виде, пол квартала! Кроме того, она отыскала тëмные очки с разбитой линзой и платок, которым замотала голову, вместе с лицом! Я остался как есть, меня волновало только «разделение сиамских близнецов» и свобода! Больше мы с ней не виделись. Точнее она избегала меня, а я не настаивал.
- Если тебя не настигнет деменция, будет о чём промолчать с внуками! - согласилась Танту, признавая тем самым, что история достаточно позорная.
- Ну а ты? - она склонила голову на плечо и обратилась к Луи - уже достаточно пьян, чтобы поведать нам свою постыдную байку?
- У таких как он, нет постыдных баек! Наш Луи идеален и скоро займëт ту строку в завещании моего отца, где когда-то, планировалось моë имя! - Натаниэль сказал это беззлобно, словно зачитывая с листа.
- Я не стану тратить время, на бессмысленные заверения в том, что меня ни в коей мере, не интересует завещание твоего отца. Как и его деньги в целом. Как и чьи-либо деньги ещё, кроме моих собственных! И вобще, он что при смерти?! Насколько мне известно, он примеряется к брачному алтарю, а не к семейному склепу!
- Постарайся не обращать на него внимания - сказала ему Танту - он только что воскресил в памяти день, когда чуть не лишился своей самой ценной части! Возможно, он всë ещё плохо соображает.
Натаниэль покачал головой, состроив грустную физиономию, охотно с ней соглашаясь и подпëр рукой подбородок, в ожидании:
- Ладно. Вобщем, это была хорошая музыкальная постановка от театральной студии, при нашем интернате. Мюзикл о сиротке «Энни». Сирот играли и мальчики и девочки, разумеется главная героиня Энни - была ролью для девчонки. И как раз её, угораздило потерять голос именно перед самым показом. На него приехали родители и приглашëнные гости из других школ вроде нашей. Отменить представление, было невозможно! Я, единственный, у кого на тот момент ещё не сломался голос и обладатель лица с мягкими чертами, которое могло бы принадлежать и девочке. Да. Взрослел я медленно. Одним словом, на меня наорал руководитель и я быстро запрыгнул в платье с панталонами в рюшах, натянув кудрявый рыжий парик сиротки Энни!
Он вздохнул, сделав несколько ободряющих глотков:
- Мне было тринадцать и я только только начал нравится одной девочке... Конечно никто из нас, не был готов к такому спонтанному транспереходу! Дружба закончилась, не успев начаться, к тому же меня дразнили какое-то время, а именно двадцать четыре часа на семь - это ведь интернат с проживанием. Зато мы появились в газетах и обо мне писали уже не как о сыне Элейн Петигем, а как о вундеркинде с исключительным голосом - ужасные фото, делали этот «триумф» сюжетом из дурного сна.
- Не о чем жалеть! Это было скорее забавно чем позорно, она была занудой, а твои одноклассники стандартными болванами - резюмировала Танту.
- Когда тебе 13 это скорее позорно, чем забавно. Так что, мой социальный рейтинг на некоторое время, упал ниже некуда.
- Чëрт... теперь, я обязан найти эту газету! - отозвался Натаниэль задумчиво - И вобще, это должно было быть забавно-позорной историй, а после такого, хочется разве что созвониться со своим психоаналитиком!
- Тебе ещё нет двадцати трёх лет и уже есть собственный психоаналитик..?
- Нет, но чувствую ещё парочка подобных вечеров и я займусь его поиском!
- Ну хорошо. Вот тебе забавно-позорное продолжение, истории с переодеванием. Став немного старше, я всё также, продолжал сопровождать мать на съёмках, когда у меня начинались каникулы. Мне было пятнадцать или около того. Мы стали одного с ней роста, помимо нашей очевидной схожести и её вечного стремления, к декадентской фигуре, исключающей пышности где бы то ни было, кроме причёски. Так вот, в тот раз, вся группа вернулась с натуры и теперь доснимали в павильоне сцены, не имеющие реплик. Дублëрша матери, должна была явится с минуты на минуту, но до неё никому не удавалось дозвониться. Я дружил с одним из операторов и изучал приëмы работы. Как вы должно быть уже догадались, его взгляд по её замене - пал на меня! Парик, платье с туфлями - и я, застывал в позе, которая требовалась пока выставляли свет и обновляли антураж комнаты, каким он был, в сценах с матерью. По завершению работы - за которую мне заплатили мои первые личные деньги между прочим! - я вооружившись бутылью со средством, смывающим грим, отправился ковыляя на шпильках, в её уборную. Все уже разъехались и было почти пусто, как из мрака коридора, появился Он - давний, докучливый поклонник матери! Это был глубоко женатый, почтенный месье, занимающий чин префекта и аккуратно выдвигающий свою кандидатуру на каждых выборах, кажется от партии ультраправых. Не знаю, зачем я вдруг принялся имитировать её голос? Можно было указать ему на ошибку и избежать дальнейшего... Наверное, мне было стыдно, предстать в таком виде, перед кем-то не из артистической среды, столь взрослым и серьëзным, и ультраправым. Не хотел, чтобы нас с ней приняли за ненормальных... Так или иначе, он сослепу и в полумраке, принял меня за «свою звезду», хватая за руки и изливая все свои заготовки из признаний и россыпи комплиментов и посулов. И когда я, с этим неудобным прицепом достиг дверей гримерной, коренастый колобок, вкатился следом, не дав мне запереть дверь! Я разозлился, включив все лампы самого большого гримерного зеркала, что там было и уставился прямо на него сердито. Но он, прямо таки отказывался прозревать! Если бы этот тупица, в порыве своей обезьяньей страсти, полез ко мне под подол, его бы конечно ждала внезапность.
- Ты хотел сказать, маленькая внезапность? - поправил его Натаниэль
- Внезапность, совершенно нормального размера, может даже побольше твоей внезапности - строго осадил того рассказчик.
- А моя мать, наверняка сделалась бы объектом для насмешек и перешептываний. Знаете, некоторые пожилые мужчины, сплетники хуже распоследней болтливой кумушки. Вобщем, одна моя рука в длинной перчатке, была узурпирована двумя его потными лапами, ко мне тянулись толстые как у младенца губы, покрытые плëнкой слюны, а в бок - упиралось круглое брюхо! Он достал из кармана пиджака, чëрный бархатный пенал с дорогущим браслетом. Тот сиял похлеще ламп! - и у нас, случилась самая настоящая борьба! Я был уверен, что если ему удастся застегнуть его на моём запястье, пылкий префект, не замедлит затребовать благодарности и поцелуем в лоб, мне будет не отделаться. Я вспылил и начал отчитывать его, как следует нахлопав ему по щекам для пущего эффекта! Он очевидно, считает всех актрис шлюхами?! - негодовал я тонким сопрано - но не все из нас готовы продаться за побрякушки, многие ждут истинного чувства и настоящего мужчину! Он был в полном восторге! Не помню, что я тогда ещё плëл, но похоже был в ударе и как оказалось впоследствии, покорил его, чувством собственного достоинства! Окрылëнный возвышенными помыслами, он в тот же вечер, объявил своей жене об их разводе. Он сделал предложение, Элейн Петигем! Вобщем, я практически выдал замуж собственную мать... Разумеется, когда бедняге открылась правда, он и глаз не казал - больше мы его не встречали. Но у матери, появилась маленькая вилла на Маврикии - плод моего завоевания! Придай она огласке, что префект целовал колени еë мальчишке, не только его положению, но и возможно его свободе, прошёл бы конец.
У Натаниэля, вероятно закончился запас слов и он только смотрел на него широко раскрытыми глазами.
- Как жаль, что ты не девчонка! - произнесла Танту - Была бы я подругой, жены французского префекта! Звучит так изысканно! - она закинула рукав от свитера на шею, имитируя боа.
- А ты, мог бы хвастать мной на званых вечерах в посольстве, получая похвалы, что поддерживаешь молодых представителей коренных народов! Это теперь очень модно! Твоего префекта, выбрали бы в президенты...
- Пожалуйста, забери у нас бокалы - обратился он к Натаниэлю - а то и я уже начинаю жалеть, о потерянных перспективах!
Они разбрелись по своим спальням. Натаниэль курил на их общей террасе, как обычно - напротив его двери. Но он больше не пялился в комнату. Опершись на перила и поставив одну ногу на парапет, он запрокинул голову к небу и огонёк сигареты, освещал лишь его губы и кончики пальцев. Луи, впервые не стал задëргивать портьеры и мирно уснул при таком соседстве, пожалуй даже наслаждаясь им.