Глава 8. Я любил небо - оно бесконечно

Облака напоминали целый животный мир.

Вон то облачко, такое милое и пушистое, возле самого солнца, похоже на довольного котика. А рядом с ним, побольше и покучнее, напоминало грозного дракона. А подальше от них, совсем крохотное, походило больше на черепашку, чем на ящерицу. А у самого края, над верхушками елей и осин, прям вылитый олень, даже с рогами!

Ни о чём не думать, поддаться энергии лета, слиться с природой — Еся лежала на крыше заброшенного автобуса кирпичного цвета и мечтала. Старый, ободранный, ржавый — он напоминал развалившегося старика, древнего, как бабкины сплетни. Стёкла выбиты, каркас пророс крапивой, двери погнуты, будто в них неоднократно бил кулаком Халк. Колёс осталось всего три штуки, и то на них далеко не уедешь: дырявые, ржавые, да ещё и в плену у одуванчиков. Зато руль на месте, правда, совершенно бесполезный, и фары чистые.

Пару лет назад как-то раз Еся и Марк заехали в неизведанные края их деревенской местности (хотя позже выяснилось, что это оказалось не так уж и далеко от их домов) и наткнулись на никому не нужный транспорт. Как он очутился посреди небольшой поляны в тихом лесу, они не знали, да и не стали распространяться о находке. Друзья решили, что пусть это место будет их укромным убежищем от внешнего мира, среди земляники, птиц и камней, покрытых мхом. Каждый приезжал сюда в тот момент, когда чувствовал себя не готовым перебороть ни страхи, ни эмоции, ни себя самого, а уж тем более весь мир. Этот автобус, прозванный между ребятами как «Паломник», стал для них настоящим спасением.

Еся часто сюда приезжала: могла пропасть на целый день, не отвечать ни на звонки, ни на сообщения, ни на весь виртуальный мир. Люди тянули к ней руки, пытаясь пихнуть в свои клетки, и в момент, когда им это почти удавалось, Еся каждый раз сбегала к Паломнику, чтобы подумать, расслабиться и отодвинуть проблемы куда подальше. Их уже был целый угол...

От дальнейшего самобичевания её отвлёк звук крутящегося колеса, когда кто-то бросил велосипед в траву и явно не заметил её собственный, лежащий по другую сторону автобуса. А следом послышалось недовольное бурчание Марка:

—... и вот на тебе, «ты же умный, правильный, ты же должен понимать», — последние слова он произнёс искривлённым голосом, будто кого-то парадировал. — А может, я не хочу быть идеальным? Может, мне тоже хочется иметь свойственные всем подростковые проблемы? А не всё время решать чужие... и не в коем случае не подводить ни других, ни себя... а если я устал от этого?..

— Эй, Поттер, ты чего тут делаешь? — Еся свесила голову с крыши и посмотрела на друга.

Тот удивлённо на неё уставился, подняв голову.

— Не знал, что ты здесь.

Еся вновь легла на спину, прекрасно зная, что друг к ней присоединиться. И она оказалась права: через секунду послышался лязг металла и сопение — это Марк лез уже давно отточенными движениями по стенке автобуса, зная каждый выступ, чтобы не соскользнуть и ловко сесть рядом с девушкой. Та приветливо ему улыбнулась, щурясь от лучей солнца, выплывшего из-за облака, и хлопнула ладонью рядом, приглашая лечь. Марк так и поступил, сложив руки на животе (хотя Еся видела его шикарный пресс).

— Что, тоже жизнь ставит костыли под ноги? — беззлобно ухмыльнулась Еся.

— Относительно, — не стал распространяться о своих проблемах Марк. — А у тебя что-то случилось? А то выглядишь так, будто сбежала из грязевого побоища.

Девушка приподняла голову, чтобы хоть как-то осмотреть себя, и заметила, что мятая футболка теперь ещё и вся в земле, с коленок почти отклеились пластыри, открывая вид на заживающие раны, а некогда белая подошва кед стала и вовсе чёрной.

— Нет, хуже, — посмеялась она и помрачнела.

— Семья?

— Ещё хуже.

— Ещё хуже? — вторил за ней Марк озадаченно.

— Юлиана.

Парень вытаращился на неё так, будто увидел Летоуинского Ловкача¹.

— О Боже, что произошло?

И Еся всё ему рассказала, во всех подробностях, начиная от неудачного диалога и заканчивая собственными эмоциями. Марк слушал внимательно, никаких вопросов не задавал, а после того, как Еся закончила, ещё долго молчал, обдумывая сложившуюся неприятную ситуацию.

— С одной стороны, тебя можно понять: ты беспокоилась за незнакомого человека, не имела никаких злых умыслов, но будучи вечно неуклюжей, всё испортила. Хотя кто вообще подкрадывается к человеку сзади? Но с другой стороны, Юлиану тоже можно понять, ведь она не знает о том, что ты неуклюжая, так ты ещё и цветок сломала, явно её любимый. Или... любимый бабы Нюры.

Еся печально вздохнула, соглашаясь с другом, и от распираемой грудь вины согнула локти и приподнялась на них, чтобы лучше было видно и лес вокруг, и рядом лежащего парня.

— Но я не хотела!

— Знаю, — подтвердил Марк. — И Юлиана наверняка это тоже понимала, просто не смогла совладать со своими эмоциями. Может, у неё ещё с самого утра было плохое настроение? Или случилось что?

— Не знаю, — Еся бы всплеснула руками, если не надо было держать ими плечи и голову. — И понимаешь, я искренне хочу всё исправить, но не знаю как! Может, подарить ей что-нибудь?

По нахмуренным бровям парня она поняла, что тому не очень понравилась её идея, но поддержать стоило:

— Что, например?

— Ну, может, шоколадку?

— А если она не ест сладкое?

— Тогда, может, цветок?

— А если у неё уже есть такой?

— А может...

И таких «может» было ещё не один раз за последующие пять минут. Наступившая после них тишина и резкая эмоциональная усталость ещё больше повергли Есю в уныние: она-то хотела как лучше, а получилось как всегда. И это жутко бесило! Почему ничего не получалось именно тогда, когда больше всего нужна была удача? Или когда и так плохо, так ещё и жизнь ставила палки в колёса? Или когда вот он — шанс завести новую подругу (и может, даже не только на лето), а всё закончилось, даже не начавшись? Эти мысли разбивали Есю, а для неё самое страшное в жизни — это сломаться, утратив весь свой оптимизм. Всю себя.

— Тогда... я сдаюсь.

Девушка ощутила, как тёплая ладонь Марка легла ей на плечо.

— Знаешь, однажды мне сказали одну важную вещь, которая меня в своё время поразила и напомнила о том, что не стоит давить на себя слишком сильно.

— Ага, это и без того делает общество вокруг, — припомнила Еся свою семью и школу. — И что это за вещь?

— Запомни, ты и так делаешь каждый день свой максимум. Но в разные дни этот максимум может выглядеть по-разному. И это абсолютно нормально.

Глаза Марка напоминали цвет кофейных зёрен и вспаханного поля — пленяющие, тёмные, умные. И в эти глаза Еся была готова смотреть хоть вечность: она тонула в них, как в шоколадном море, и не имела ни малейшего желания выплывать на берег. Она любила Марка как друга, как человека, как родственную душу — никто и никогда не сможет произнести столь верные и нужные слова так же, как это делал очкарик, он же «сын маминой подруги». Правда, их родители дружили ещё только тогда, как они вдвоём были мелкие. Сейчас же семьи Котовых и Каштановых были словно на далёких друг от друга островах — разные интересы и материальное положение разъединило их.

Но только не Марка и Есю. И они были до глубины души благодарны за это друг другу.

— И кто же умный тебе это сказал?

— Я.

Они посмеялись, и Еся легла обратно, прижавшись к плечу Марка: ощущать физическую близость лучшего друга для неё было очень важно, несмотря на знойную жару, которая на удивление держалась вот уже несколько дней. Погода что в Питере, что в Ленинградской области была очень переменчивой: сегодня мог лить дождь, завтра дуть дикий ветер, а потом резко наступить засуха.

— Ладно, это я в книжке прочитал, — признал Марк и вытер пот со лба, из-за чего каштановые кудри ещё больше взлохматились. — Но мысль ты поняла, да?

— Конечно, я же не совсем тупая, ёк-макарёк, — пошутила Еся, пытаясь поймать плавающую в воздухе пушинку.

— По тебе и не скажешь.

— Эй!

Девушка пихнула друга в бок, а тот тут же в ответ ущипнул за руку. Шуточная драка завязалась на пару минут, пока Марк первым не успокоился и не утихомирил и подругу.

— Ладно, — он снял с себя джемпер и остался в одной клетчатой рубашке с короткими рукавами. — Проблему решать давай.

— Же как и? — передразнила его Еся.

Но вместо ответа Марк вдруг достал телефон из переднего кармана шорт и принялся в нём что-то усердно искать. Из-за тёмного экрана Еся ничего не смогла увидеть, да и парень намеренно от неё увернулся, поэтому она в нетерпении ждала, что там хотел найти её негласный компьютерный гений.

— Вуаля! — Марк сделал экран ярче и показал Есе найденное: чья-та автарка с цветком, синий фон и несколько фотографий. — Я нашёл её страницу ВК. В телеге её нет, в остальных социальных сетях тоже. Из друзей, как видно, никого знакомого, да и их у неё мало. По интересам всё скрыто, но судя по репостам из групп, очень любит цветы, романтические книги и цитаты из... психологии?

— Психологии? — вслед за другом не поняла Еся.

— В основном тут про отношение людей друг к другу и к себе, — листал страницу Марк, пока не дошёл до самого конца. — Не так уж многое и нашли. Так что вопрос остаётся открытым.

— У меня предложений как было ноль, так и осталось, — развела руками Еся и легла обратно на спину, закинув одну ногу на другую. — Может, только если подарить ей наши с тобой добрые намерения.

— А это идея, — щёлкнул пальцами очкарик. — Мы просто придём к ней, вежливо попросим прощения и постараемся завести с ней осторожный разговор насчёт того, что произошло, и того, какие будут между нами тремя взаимоотношения. Если она скажет, что не хочет дальше общаться, мы тогда не будем настаивать, — он выжидательно взглянул на Есю.

Та, сморщив лицо, с неохотой признала:

— Да, я поняла тебя. Но! — она подняла указательный палец. — Я верю, что её ответ окажется положительным.

Марк направил задумчивый взгляд на небо, точно жаждал получить знак вселенной. И лишь через время тихо произнёс:

— Я сам на это очень надеюсь.

_____________
¹ Конфетный монстр из одной из серий «Гравити Фолз».