3

Начали проходить недели, месяца. Юноша работал и работал лишь бы спасти подругу, а Лере в то время вообще плохо было, та весь под температурой валялася, 49, не ниже. А Леха все работает и работает. Он не спал уже больше недели, ужасно уставший много чего ронял, и ломал, попросту не замечал. Морде все хуже и хуже становится, а Денжер как угорелый носится по лабораторной, творя все новый и очередной антидот, все насмарку. Руки уже опускаются, но жизнь Высоцкой важнее, чем какой-то там сон или самочувствие.

Блондин вновь посещает больничную палату блондинки, с цветами, фруктами. Знает, что сейчас ей нельзя ничего такого есть, но все равно покупает, все равно надеется, что она идет на поправку. А зеленоглазая как будто и не болеет вовсе, жизнерадостно встречает друга, подбегая к нему, в руках держит штатив с капельницами. Видеть такую «Морфи» ужасно сложно больше даже не физически, а морально. Душа трескается, видя как та мучается. А она вся помятая, белая ночнушка, веселые тапочки с пушин, взъерошенные волосы, и такой усталый взгляд, который добивает зеленоглазого еще больше прежнего.

-здравствуй мой милый Льоня! как дела твои?

Налетает на того чуть ли не сжирая в своих объятиях, а они такие крепкие, как будто последние ощущаются. Каждый день Леха боится, что он и вправду окажется последним для Леры, и ведь он будет винить себя, что не успел, что нужно было торопиться и усерднее работать.

-Привет Лерка, ты как? тебе лучше?

-Ох Льонь, я пойдет, пока жива, как видишь, руки ноги не отказали, правда вот капельницу назначили, даже ссать с ней гоняю!

-Хорошо, что ты еще в сознании, где твой лечащий?

-Чет заходил по-моему сегодня, но я тогда спала, спроси у медсестер, они уж точно знают, если что сходи на кпп, может он уже съебал, время то позднее. Я вообще очень удивлена, что ты так поздно приехал, повезло когда ты тут почти главная шишка, хах)

-Ладно Мышка, я скоро приду, пойду на счет твоего состояния спрошу, ты пока ложись. Дождись только меня, лады?

-Конечно Лех, куда я без тебя)