Пролог. Две искры, одна капля.
Sleepwalk — Forrest Day
——————————————————————————
Джерико, штат Вермонт. 2025 год.
— Да лучше бы тебя вообще не воскрешали, выродок!
В заброшенном особняке нынче покойного Шерифа Галпина послышался раздражённый возглас молодого парня.
Старые деревянные стены, которые уже успели впитать в себя пережиток нескольких лет холода, жары, страданий и горечи, казалось, теперь впитывали очередное напряжение между двумя людьми.
Воздух носил в себе отголоски неприятных воспоминаний, смешанными с недавней смертью и гнилым запахом отсутствующего уюта. Изредка, можно было заметить мох по углам дома, а беспорядок, который жильцы более менее постарались убрать, добавлял большего напряжения обстановке.
Словно сама хижина сейчас треснет от одного лишь диалога.
— Следи за языком, когда обращаешься со мной в таком тоне, — ответ не заставил себя долго ждать, и прозвучал он на такой же повышенной интонации. — Если не понимаешь ничего, не суйся не в свое дело!
Айзек Найт, минуя кухонный дубовый стол, на котором валялись неубранные свёртки вырванных листов из личного блокнота или нескольких бутылок, оставленных отцом Тайлера, никак не горел желанием продолжать эту песнь.
Он шагал быстро.
Сосредоточенно.
Продолжать этот абсурд не хотелось от слова совсем, а племянник раздражал его все больше с каждым часом.
Тайлер успел шагать за ним, выкрикивая оскорбления.
— Если ты, случаем, не забыл, у меня тоже есть своё право на личное мнение! И то, что ты каким-то чудом воскрес, не делает тебя мозгом нашей семьи!
Айзек резко остановился на пол пути в свою импровизированную комнату, и, протяжно выдыхая через нос, быстро развернулся к парню. На его лице яро читалось раздражение, словно прямо сейчас он готов разодрать Тайлера на части.
Но мужчина молчал.
У Найта были прославленные выдержка и терпение, ведь считал, не своим уровнем отвечать на подобные заявления простому мальчишке, по его мнению.
Второй тоже остановился прямо перед Айзеком. В глазах была злобная решительность смахнуть дорогого дядю с его личного пьедестала.
— Хватит строить из себя главного, мне осточертели твои идеи, твои выходки и грёбанные машины, — страха не было. Лишь олицетворение уверенности и упрямства в глазах юноши. — Ты громоздкая пародия на человека, жаждущий контроля и славы в своих творениях, но ещё кое-что...
Тайлер сделал паузу, стиснув зубы. Его руки сами собой сжались в кулаки, когда он сделал ещё один решительный шаг к Айзеку. Но тот даже не вздрогнул, хотя чувствовал, что на пределе от вызывающего поведения парня.
Затишье нарушали лишь звуки слабого ветра, колыхавшего листву за окном, и алгоритмичное тиканье механизма в груди учёного. И по ходу их яростного противостояния, это тиканье становилось всё громче и ритмичнее, словно сейчас вот-вот выскочит наружу.
— Закончи, будь добр, — тихо и медленно, Найт процедил, не опуская головы. Он не сводил с Тайлера взгляда карих глаз, которые потемнели ещё больше, — как два угрожающих лезвия.
Но Тайлер стоял на своем, полностью игнорируя или не замечая опасности, исходящей от бывшего студента Да Винчи.
— Ещё, меня раздражает твое влияние на неё, — он сказал, как выплюнул, с полным презрением и укоризной.
— Ах вот как, — тень насмешки проскочила на сухих губах зомби-мужчины. Айзек абсолютно не воспринимал всерьёз этого юнца.
— Она не твоя марионетка или эксперимент, недоделанный гений, она моя мать!
Тайлер чувствовал, как внутри бурлила необъятная ярость и сила. Зов Хайда, слышимый только им, терзал грудную клетку, намереваясь вот-вот выйти наружу, разорвать стоящего перед ним псевдо человека на части и просто усмирить жажду крови. Этого бы в полной мере хватило ему, чтобы обрести годовое счастье.
Но он сдерживался.
Хорошая выдержка была не только у Айзека Найта, и теперь в этом Тайлер точно сам убедился, учитывая нынешнюю ситуацию.
Вот только упоминание Франсуазы в таком ключе вкрай вывело Айзека из себя.
Как смел этот... сопляк... говорить о ней так, словно только он является членом её семьи. После того, как Найт самолично посвятил свое детство, свою жизнь на защиту сестры от отца, на её спасение, извлечение из неё Хайда, который убивает её с каждым часом.
Его родной племянник даже не имел представления, через что им с сестрой пришлось пройти вместе, как его жизнь нагло отняли, оставляя юную девушку одну во всем мире.
Воздух между ними загустел на столько, что у обоих сбилось дыхание. Напряжение росло с каждой секундой, и если бы кто-то приблизился в окружную зону этих двоих, расплавился бы на месте от мчащихся импульсов.
Один взмах рукой.
Тайлера силой откинуло на старый потрепанный диван, который носил в себе воспоминания о всех пережитых недомоганиях.
Наказание только за Хайда.
Отца-пьяницу.
Проведённые в одиночестве ночи...
Юноша опешил, не сразу поняв, что произошло.
— Не смей... — Найт решительно сделал несколько шагов к ошарашенному Тайлеру. Его голос напоминал шипение змеи перед атакой, а тень угрозы нависла над парнем буквально и метафорически. — ... Никогда в жизни. Говорить такое. Ни при мне. Ни при ней.
Тайлер уже хотел вскочить и наконец хорошенько врезать своему названому дяде, но именно в этот момент на кухню быстро вошла обеспокоенная Франсуаза, всем нутром почувствовав их ссору.
Миссис Галпин была вечной свидетельницей их перепалок. Не проходило и дня без их спора или невысказанных угроз, и всё по бессмысленным причинам. И когда она снова лицезрела подобный инцидент, ведь их крики заглушали абсолютно всё пространство вокруг, быстро поспешила унять и сына, и брата.
— Немедленно прекратите этот балаган, — голос женщины прозвучал не слишком громко, но из него сочилась уверенность.
Оба перевели на неё взгляд, тут же забыв обо всем.
Франсуаза, не смотря на свое слабое здоровье, обладала неким влиянием и властью над ними, и когда требовалось, она собирала в себе силы и стойко держалась перед двумя пламенами.
— Почему вам всегда нужно решать всё через конфликт? — в её голосе была усталость и обречённость, казалось, он вот-вот дрогнет.
Тайлер же предпринял очередную попытку вскочить с дивана, но тут же был остановлен новым толчком телекинеза. Это снова заставило его почувствовать злость.
— Милая моя сестра, может хотя бы ты поговоришь со своим сыном? — в голосе Айзека проскочили язвительная ирония и надежда на то, что ему больше не придётся сегодня контактировать с младшим Галпином.
А появление Франсуазы тут же смотивировало на быстрое удаление, ведь ответственность за внимание Тайлера Найт хотел скинуть незамедлительно.
Так он и поступил, быстро продолжая свой путь к заветной комнате.
— В тебе играют гормоны, юнец, будь так любезен поработать над самообладанием.
— Мне не тринадцать, чтобы ты мне указки давал, придурок!
— Айзек, прошу тебя...
— Что? — уверенно перебил её брат, резко оборачиваясь. — По твоему, это нормально, что мне приходится выгребать за него проблемы?!
— Никто тебя и не просит, свали в свою берлогу, кусок гнили! — Тайлер выпалил с полным омерзением, наконец, покинув злосчастный диван.
— Упрямый бестактный мальчишка... — лишь раздражённо пробормотал Айзек.
У него не было никакого настроя видеть Тайлера и продолжать спор.
Не сегодня...
— Да прекратите вы оба! Сцепились как кошка с собакой. Тайлер успокойся немедленно!
— Это ещё посмотреть, кто тут собака. Почему ты вечно его защищаешь?! Хоть раз встань на мою сторону! — воскликнул Тайлер, активно жестикулируя в сторону мужчины.
Только Найт быстро скрылся в комнате хлопнув дверью.
— Тайлер. Прошу тебя, — Франсуаза встала между ними, теперь смягчив свой тон.
Женщина старалась утихомирить сына, держа того за плечи. Её светлые глаза не покидали его лица, в отчаянной попытке обратить его взор на себя.
И, наконец, ей это удалось. Юноша посмотрел на неё взглядом полным обиды и разочарования.
— Как ты вообще его терпишь?
Повисло небольшое молчание после его вопроса, и Франсуа только раскрыла рот, но слов не нашла. Она лишь тяжело вздохнула, пытаясь успокоить и свой разум тоже, опуская взгляд. Её неспокойную душу скребли мрачные когти совести и отчаяния.
— Ах да, — Тайлер обречённо усмехнулся, покачивая головой — олицетворение осознанности, что он озвучил полнейший абсурд. — Он же так благосклонен только к тебе.
Франсуаза поспешила его остановить от подобных мыслей, быстро поднимая голову обратно к Тайлеру.
— Послушай, милый, давай мы для начала присядем и успокоимся. Хайд может вырваться, помнишь?
Сначала юноша не реагировал, злобно смотря в одну точку. Ему не хотелось слушать очередные нотации о том, что Айзек знает, что делает.
— Тайлер, пожалуйста... — на этот раз её голос прозвучал в тихой мольбе. Она не хотела сейчас пользоваться преимуществом, как хозяйка Хайда.
И наконец Тайлер с протяжным прерывистым вздохом подчинился матери.
Он довольно резко и громко отодвинул стул, так что по деревянному паркету прозвучал мерзкий скрежет, и практически упал на него. К мерзкому дивану возвращаться не хотелось.
Миссис Галпин выдавила улыбку. Но та просто не смогла задержаться на её лице, — это был лишь щит, лишь тщетная попытка доказать самой себе, что все под контролем. Ей оставалось лишь молча последовать примеру сына и сесть за стол на против него. Только сделала она это гораздо тише и спокойнее.
Повисла тишина. Всё, казалось, наконец затихло, а напряженный и сгущенный воздух начал потихоньку рассеиваться.
Тайлер перевел злой взгляд в сторону двери, где только что скрылся Айзек. За ней не было ни звука, словно даже его тиканье прекратило свой ритм. О, как же мечтал сейчас об этом младший Галпин!
— Милый, — Франсуаза, после короткого затишья, наконец, заговорила тихо и размеренно, не желая спугнуть сына от предстоящего разговора. — Я хочу, чтобы ты знал, я дорожу вами обоими. И моё сердце не выносит, когда вы начинаете яростно противостоять друг другу.
Тайлер не знал куда деть свой взгляд, как утихомирить свой пыл, поэтому просто, не моргая, смотрел на свои напряженные сцепленные в замок руки.
— А если бы пришлось выбирать между мной и им? — вопрос парня прозвучал отчаянно и тихо, как гром среди ясного неба, но он упёрто требовал ответа, даже если знал, что вряд-ли получит его.
Воцарилась очередная секунда тишины. Воздух заиграл по-новому — повисла неловкость, а от юноши явно веяло напряжением. Его мать поджала губы, выпуская очередной поток воздуха.
— Тайлер, — прошептала она, положив свою ладонь на его замок. — Посмотри на меня. Ты разве не веришь мне?
Младший Галпин наконец поднял на неё выразительный взгляд. Он чувствовал тепло материнских рук на своих, — её старческие морщины яро контрастировали с его шрамами.
И тогда Франсуа продолжила.
— Не проси меня о током, пожалуйста...
Тайлер промолчал, закатывая глаза.
Его, конечно, не удовлетворил её ответ. Он и в принципе не надеялся.
— Знаешь, Айзек не всегда был... Таким.
— О чём ты? — наконец ответил он матери.
— Я про то, что сейчас, да... его отношение ко мне не изменилось, но... — Франсуа сделала паузу, и её светлые глаза окунулись в забытые воспоминания, словно тайны прошлого всплыли на поверхность, давным давно захороненные. — Но раньше, Айзек не был так жесток и к остальным тоже.
Тайлер нахмурился, не понимая, что женщина имеет ввиду.
— Если это твое безупречное виденье, только потому что вы семья, я не собираюсь...
— Нет, — Франсуа, на удивление, тихо посмеялась, не дав ему закончить предложение. — Айзек действительно был другим. Тебе это даже Фрамп могла бы подтвердить, ну если бы не...
— Да я понял, — юноша тоже кратко и слабо усмехнулся, смотря на улыбку матери. — И что же поменялось?
Взгляд женщины сменился на более печальный. Тень мрачного прошлого окутала её, воспоминания, которые она так старательно пыталась забыть.
— Одна часть истории изменила всё, — устало пробормотала она, смотря перед собой. — Тёмная часть.
Затем взглядом полным нежности и доверия, Франсуаза посмотрела на сына, поглаживая большим пальцем его костяшки.
— Хочешь послушать?