138

Тимфоей.
Утро вторника не задалось с самого начала. Как обычно ссорюсь с Андреем. Вот и как Мари с ним общается? Да еще и нормально! Я, конечно, понимаю, что он по девочкам, но ненавидит из мальчиков он только меня! Но сильнее он не любит Стаса. Не знаю из-за чего. В какой-то момент он запретил мне общаться с лучшим другом. Возомнил себя героем. Кретин! А мама... она всегда на его стороне. Кто прав? Андрей, он же старше, прояви уважение! Он тебя знает с семи лет, он тебе помогает, а ты не хочешь его понять.
Пытался я его понять! Правда. Но он думает, что в какой-то момент могу вовлечь его дочек в беду! Будто он получает из-за меня проблемы. Не буду говорить, кто брат его детей. Да, Андрей их отец. Мне, что, теперь ненавидеть их за это? Они самые милые и лучшие создания на этой планете.
Марибелла, кстати, тоже лучшая.
Она мечтала поступить в Москву после девятого класса, еще с тринадцати лет. И поступила. Я уверен. Почти отпустил её в свободное плавание. Тогда почему увидел ее вчера и все опять. Те же чувства, те же глаза, тот же запах. Мне все в ней нравится.
Но весной мы немного поссорились. Знал бы я из-за чего. Все испорчено. Мы так-то с ней встречались. А она уже с Егором. Только понятия не имею откуда он вообще взялся.
Значит, вчера с утра Егор и Тимофей плохие, а вечером только Тимофей плохой. Что за отвратительные новости?
Ладно, для Белли я теперь плохой. Всегда им буду. Такая перспектива, скажу честно, мне не нравится.
А ее волосы! Они же такие воздушные. Пышные густые... у других всего три каких-то волосика, а тут... в общем, она — идеал. Ее дружелюбный взгляд такой прекрасный. Зря я не ценил его. Когда мне говорили, что она со злостью на всех смотрит, я не верил. Теперь вынужден терпеть взгляд полный ненависти. Буду довольствоваться хотя бы этим: Марибелла тут, в Севастополе. Сейчас для меня это самое главное. Не могу придумать что-то лучше, чем осознание того, что она со мной в одном городе, есть шанс помириться. Да она со мной в одном классе! О большем я и не мечтал. Сейчас быстренько Калинина-Щукина отправлю в нокаут, делов-то.
Так странно. С первого класса знать Белли, всегда быть ее лучшим другом, но в один момент все полетело. Из-за меня. Как с ней говорить? Это же возможно, да?
Ее опять сделали старостой. Уже с той минуты я понял: Белли меня разблокирует. Это такое счастье. Я смогу ей написать! А не быть в черном списке. Половину весны и лето. Представить не мог, что окажусь в такой ситуации.
Все лето хотелось зайти в наш с ней чат... к счастью, она хоть переписку не удалила. Иногда я ей писал, но сообщения, естественно, не доходили. Я пытался гипнотизировать сообщения, честно. Интернет обмануть не смог, к сожалению.
Раньше мы общались постоянно. Только разошлись по домам, и кто-то другому написал. Это было так круто. Марибелла не любит разговаривать, а со мной она это делала всегда. Я же избранный. Ее парень, если что. Бывший — не навсегда бывший. Он тоже может стать нынешним, надеюсь.
Из-за Андрея выхожу раньше в школу. Терпеть его в доме не хочу. Вижу Мари. Без Даньки. Значит, вчера он перегулял с Нариной. Данетка всегда был часто болеющим.
Чувствую за вчерашнее свою вину, ведь я на пляж его привел. Но скорее всего Нелли и Диего на это все равно. Они в принципе не готовы винить меня в чем-то. Раз вчера со мной заговорили. Я бы на их месте так не делал. Чем-то же обидел их дочь весной.
Белли никуда не спешит. Иногда она поднимает голову к небу. Я ее достаточно хорошо знаю и понимаю, что этот жест означает. Марибелла волнуется. Из-за Данетки? Вряд ли. Может, потому что меня обманула? Встречается с Егором. Да она ненавидит его! К сожалению, я знаю ее взгляд. Знаю ее всю целиком. Она не сможет меня обмануть.
В школе я догоняю Мари, которая резко встала посреди коридора. Вначале не понимаю, а потом быстро понял...
Вижу Стаса и Карину. Они улыбаются, Стас даже ее приобнял! Что за чушь происходит?
Мари говорит, что Карина ей расскажет. Вот же! А мне никто ничего не скажет. В этом плане я завидую девочкам. Парни никогда ничего не говорят про такие встречи. Что-то вроде «не по пацански это обсуждать с друзьями», «слишком личное». А вот девочки... они все друг другу рассказывают. И Белли мне говорила. Я люблю сплетни. А моя сплетница меня терпеть не может.
Настроение портится, когда вижу улыбающегося Егора с двумя стаканами из кофейни. Так еще и Марибеллу по фамилии назвал. Тут что-то не сходится. Индюк, спалился. Мари ненавидит кофе и свою фамилию.
Белли молча встает и идет к Егору. Они даже обнимаются. Я не ревную. Мне тошно это видеть. Мари не любит обниматься. Она не тактильная. Особенно при людях. Она не любит кофе. Любит изучать всякие странные вещи. Дела маньяков, например. Знает, кто с какого этажа прыгал. Ей жаль таких людей. Она смотрит на сколько высоко они смогли подняться перед смертью. (какой этаж выбрали и насколько себя оценили) Она любит море. Это почти буквально ее дом. Там ей комфортно. Любит мифологию. Любимый бог — Святовит. Никогда не понимал логику этого выбора. Святовит — четырехликий бог войны, изобилия, гаданий и плодородия. Четырехликий... это же раздвоение личности какое-то, а, если точнее, то расчетверение личности? Но Мари говорит, что он добрый. Помогал лечить раны.. Каждое его лицо символизирует сторону света, поэтому он все видит и все знает. Я верю Мари. А еще она верит в приметы. По началу я думал, что она шутит (она вообще не шутила). И Марибелла имеет даже любимую примету. Пересоленная еда значит, что повар в тебя влюблен. Если я ей принесу специально пересоленную еду, может, она хоть подумает над тем, чтобы меня простить? Тупо? Очень. Надо случайно пересолить. Как ей еще доказать что-то?
Сижу и пишу знакомым из параллели, а-то дошел слух, что Медуза, то есть биологичка, пересаживает. Даже в том году она это не делала. Только шумного меня посадила к молчаливой Белле. Как же я тогда был рад этому событию.
Значит, есть шанс на повтор эксперимента. Иду в кабинет спокойно, все равно сяду к Марибелле.
Ага, понадеялся. Я уже хотел назвать учительницу не медузой, а подругой. Сел бы со своей пока-что-бывшей и не называл Татьяну Игоревну Медузой. А такое очень надо заслужить, но вот надо было Егору открыть свой рот. Лучше б молчал. Придурок! В итоге, Медуза остается Медузой и сажает Мари и Егора вместе. М-да. Приплыли. Не этого я хотел.
В этот момент во мне рушатся все надежды. Весело. Ненавижу этот день все больше и больше. Да, я был готов сидеть перед Татьяной-не-подругой , но лишь бы с Белли.
Кстати, про нее. Она молча встает. Губы превращаются в тонкую линию. Резким движением хватает рюкзак и идет к парте. Ей тоже не нравится. И вряд ли дело в парте. Дело в Егоре, который вальяжной походкой идет к Мари. А он знает, что его соседка по парте любимица, так уж и быть, не медузы, а Татьяны Игоревны, и из-за этого на Марибеллу слишком много внимания тратится на уроках? Я был готов к атаке от учителя, даже параграфы читал, а не просто слушал.
А в итоге, сел рядом я с Мариной! Да она меня любит с класса седьмого. Я ей уже столько раз отказывал, что в глаза стыдно смотреть. Марибелла говорила, что я не виноват. Конечно, ей же повезло, такой крутой я влюбился в еще более крутую Мари.
Неужели Марина не может понять, что мне не интересна? Почему заставляет чувствовать вину за очередной отказ? Марина столько раз меня звала на свидание... почему-то я не хочу. Дурак! Зато хожу довольным, когда Мари меня разблокировала.
С другой стороны... Чего стоит ее одно «Тим». Только она так называет меня. Другим запрещено. Стас просто иногда любит нарушать правила. В свою очередь Марибелла только для меня «Белли». Как принцесса из того мультика, которая еще монстра полюбила.
В какой момент я все испортил? Иногда мне стоит молчать, но я это не делаю. Почему? Понятия не имею. Медуза меня отправляет в коридор. Второй день учебы. Алло! Медузу клещ летом не укусил? Рассадка в десятом классе. Не-то, чтобы я против. Прогулять урок я люблю, особенно, если без пропуска в журнале. А по старой дружбе мне не грозит «прогул» в электронном дневнике. Если что, я напомню, кто дружит с ее любимой ученицей. Сейчас просто временное затишье.
Видеть не хочу Мари и Егора. Поигрались и хватит. Нервов не хватает.
На перемене нашел Стаса, но он, блин, говорит только про Карину! Видите ли ему надо именно сегодня общаться с этой чокнутой, а я подожду! Сговорились? Все бросили сегодня?
Егор трется около Марибеллы. Как только вижу их, то ухожу. Больно мне надо смотреть на этих идиотов. Нет в глазах Мари того огонька, который смотрел на меня. Егор в ауте должен находиться! Но... в ауте лишь я. Только Тимофей Зуев. Опять я избранный.
Домой иду один. В очень плохом настроении. Не таким десятый класс я представлял. Все должно было быть проще. Я должен был общаться с Мари. Хоть общаться! Ладно, достаточно того, чтобы она перестала меня ненавидеть. Это возможно? Уже вряд ли.
Егор и Мари идут впереди. Он. Обнимает. Марибеллу. Вообще где такое видано?
Завидую ему, даже если они не всерьез. Мне хотя бы ощутить теплоту ее рук. Они у нее такие нежные. Такие хрупкие. Как и сама Белли.
Конечно, я могу свернуть и пойти другим путем, чтобы не видеть этих двоих. Но ноги сами за ними идут: вдруг Егор не проводит Белли до конца? Значит, я с ней поговорю. Да и привык я ходить мимо дома Мари. Мне важно идти через дом Марибеллы. Я привык к этому. Я всегда хожу через дом самой красивой девушки на свете.
В сердце как будто бы водят смычком туда-сюда. Больно. Царапает. Заставляет мозг работать вдвое лучше. Как мне их разоблачить? Они. Просто. Не. Могут. Встречаться. И дело не во мне. Не в моей ревности, а в них. Они не подходят друг для друга. Чувствуется неловкость в их общении. Я вижу ее кирпичную стену, за которую она его не впускает. Если бы любила, то пустила.
Егор куда-то сворачивает (да неужели!). Какой вообще парень не провожает девушку до подъезда, а потом не говорит с ней на лавочке минут двадцать?
Мари наконец-то меня увидела. Она удивилась, даже открыла рот, а я, как самый настоящий идиот, замер.
Сейчас она смотрит на меня своими большими карими глазами с длинными ресницами. С ее волосами играет ветер. Даже сейчас она безумна красива.
Вижу, что она хочет что-то спросить. Немой вопрос так и покоится на ее чуть приоткрытых губах, но я опереживаю ее:
— Белли, о чем Стас с Кариной общались? — это самое первое, что я смог придумать. Да и серьезно интересно.
— Напомни мне сменить местожительство.
А на что еще рассчитывал? На: «Конечно! Только, если что это не я тебе сказала?» Это было в прошлом. Но мне нужно поговорить с Мари. У меня ломка, когда я с ней долго не контактирую. Летом я готов был кусать локти от тоски. Да я уговорил маму и Андрея в случае чего поехать навестить Белли в Москву. Слышите? Ан-дре-я.
— Кислая, стой!
Она и так развернулась и скрестила руки на груди, явно готовая хоть выслушать тебя, идиот! Только бы в этот раз ничего не испортить. Пожалуйста...
— Тим, — готов расплавиться от этих трех букв, произнесенными губами Марибеллы. — Не называй меня Белли. Терпеть не могу эту форму имени, а теперь прости, мне надо бежать.
— Ты любишь эту форму имени, но тебя так никто не называет. — констатирую я.
— Тимофей, меня так называл некогда лучший друг в моей жизни, сейчас я этого друга мысленно похоронила. Никто не имеет права меня так называть.
И сразу Тимофей. Не «Тим». Спасибо, что не Зуев.
Хочу кричать от боли.
Готов убить этого Егора.
— Кислая, ты чего? У тебя все дома?
Она не отвечает. Мари поставила все точки над «i». Я теперь для нее просто одноклассник. Это раньше я мог по приколу показать язык кому-нибудь, кого Мари проигнорировала, а мне ответила.
Сейчас бы самому себе язык показать. Иду поищу зеркало. Какой же я идиот!
А какая Мари стерва!
Она ушла. А я стою. Рядом ее дом. Жду три минуты: за это время она точно попадет в подъезд.
Поднимаюсь в горку бегом. Спасибо великому Крыму за горы. И что мой дом выше, чем дом Мари.
Мне надо куда-то деть свою злость на всех. На самого себя. Хочу закинуть домой рюкзак, а потом на тренажерную площадку, но есть мама. Как всегда, не к месту.
— Тима, как в школе? Иди, я тебе еду разогрею.
Молчу. Сажусь в коридоре на пол от бессилия. Голову запрокидываю на стену.
Мне плохо без Мари...
Я неудачник хренов.
— Тима, что такое? К директору уже успел сходить? — ну а какие вопросы она еще может спросить? — хотя нет. На директора тебе все равно. Что тогда?
— Я слабак, ма.
Встаю и ухожу к себе в комнату. Не хватало еще быть сыночкой-корзиночкой. Сам сделал, сам исправлю.
— Тима, — мама открывает дверь. — Делится проблемой с родителями не значит слабость, наоборот. Знаешь как круто, когда можешь поделиться родителям всем-всем на свете.
— Андрей не был и не будет мне родителем. У меня лишь есть родительница.
— Ты строг к нему...
— А что мне делать? Бежать к нему на ручки и называть его отцом? — с сарказмом спрашиваю я.
— Что в школе стряслось?
— Марибелла стряслась!
Тут же жалею, что сказал это. Вроде как она не знает, что Белли тут. Хотя малявки уже ей сказали, да и Андрей тоже.
— Лишнего не сказал. Нарина с Ульяной быстрее тебя все мне рассказывает. Почему Андрей знал про Марибеллу, девочки знали, а мне не сказал? — подтверждает мои догадки мама.
— Мам, она меня ненавидит, — она должна понять, что я не отвечу на её вопрос.
— Из-за чего вы расстались, я, конечно же, не знаю. Но шансы на прощение есть всегда.
— У нее какой-то Егор.
Мама задумалась. Мои дела плохи. Даже женщина женщину иногда понять не может, какая может идти речь про мужчин? Мы тем более девушку не поймем. Так странно об этом рассуждать, когда пять месяцев назад я полностью знал Мари. И никогда в жизни не был у нее в черном списке.
Сейчас тоже все знаю про нее, но это уже не имеет значение.
— А чего ты тут сидишь? Знаешь же адрес Мари. Купи ей цветов, хочешь я тебе деньги дам?
— Она этими цветами меня убьет, я думал над этим.
— Спрашивай чаще, как ее дела. Девочки любят такие мелочи.
— Ага, сейчас ей напишу, что прошло 138 дней с нашего расставания, какой Егор мог у тебя появиться за это время?
— Тимофей! — мама уже орет. Задолбал я всех. Ладно, теперь мне шутить нельзя. Дела ужасно плохи. — Делай первые шаги, когда Мари тебя снова и снова будет отвергать не сдавайся. Я больше, чем уверена, что Мари так быстро не нашла тебе замену и просит. Она очень тебя любила, а такое забыть сложно.
И мама уходит. Даже сарказм не успеваю придумать. Жен-щи-на. Считала мое настроение, будто это так сложно сделать, и ушла, избежав ссоры. Полезный навык. Надо научиться.
Как же я ее люблю. Дает такие крутые советы, а я сам до этого не мог додуматься. Мог, конечно же, сейчас понимаю, что на верном пути.
Достаю телефон и пишу Мари, что дома. Получаю молниеносный ответ: «Ты с окна случайно не упал? Какая мне разница, где ты?»
Тимофей: Раньше ты просила это делать, поэтому надо возвращать эту традицию.
Собеседник в сети и сразу прочитал сообщение, но не отвечает. На секунду думаю, что меня теперь будут постоянно игнорить. Везде. Но тут получаю ответ.
Марибелла: Я была неправа. Карина мне ничего не сказала. Понятия не имею о чем они целый день общались. Мне было не до них.
Катит на правду. Мари обычно не врет. Только с Егором решила масштабно обмануть меня. По-любому это он сбил ее с правильного пути.
Тимофей: Назови любое число, которое больше ста, но меньше двухсот, если я угадаю, то ты меня хотя бы выслушаешь, идет?
Марибелла: Ага, ты увидишь и быстро перепечатаешь.
Умно, согласен, но нет.
Тимофей: Можем таймер поставить, ну, или в ГС скажем. Ты увидишь прослушал я или нет.
Вижу, что кое-кто записывает голосовое. Надеюсь, там будет 138, если нет, то всем конец. Если 138, то конец цирку Егора и Мари.
Записываю гс, называя заветное число.
Марибелла тут же слушает.
Тимофей: Ну, могу я слушать твое ГС?
Готов пойти на крышу от волнения.
«Почему это число?» - вопросом на вопрос отвечает Мари, пока я слушаю заветное ГС. 138. Она сказала это. Победа!!!
Тимофей: Я просто тебя знаю. И ты меня знаешь. Заметь, я дал размах в сто чисел. Мог бы и до 150 попросить назвать число, поэтому считаю, что все честно. А ты могла бы сказать другое число, я всего лишь сделал ставку на себя, а не на Егора.
Марибелла: Сам виноват. У тебя завтра будет ровно пять минут.
Победа! Никогда бы не подумал, что пять минут общения с Марибеллой это такая редкость.
Тимофей: Ты не можешь встречаться с этим клоуном, если меня до сих пор не забыла.
Может, хоть сейчас она поймет, что я не слепой?
У контакта исчезает аватарка. Она меня заблокировала. Хоть переписку оставила. Спасибо и на этом.
Завтра же все равно пять минут общения.