3.1 Кхэм и Дэй. Приключения влюблённых на Бали

Герои из новеллы: ДЫХАНИЕ ВОЗДУХА МЕЖДУ НАМИ

От автора: я знаю, что у этой пары много фанатов. И честно? Я их прекрасно понимаю.

Я тоже их обожаю. Все мои мальчики мне дороги, но эти — просто мои самые-самые.
Любимые. Рядом с ними всегда немного теплее и веселее.

***

📍31 декабря 2016 года

— Кхун Винчай, я тебя сейчас поцелую.

Мужчина был не против, он сладко улыбнулся и подставил губы. Кхэм тут же наклонился и впился в него поцелуем.
На виду у всех. Хотя по сути — на них никто и не смотрел. Темно, громкая музыка, танцпол

Ночной клуб.

Они целовались, обнимались, танцевали в ритме, под свет неона.
Кхэм опустил руку на задницу своего парня. У него кружилась голова. От Дэя. От того, что они вместе. После стольких лет.

Это был их второй Новый год. Второй. Первый — восемь лет назад.

Долгие годы.

И сейчас Кхэм не мог наглядеться.
Не мог нацеловаться.
Не мог надышаться им.

— Котя, — Дэй лизнул его шею, — пошли к барной стойке. Ещё по бокалу выпьем.

Кхэм кивнул, и, держась за руки, они протиснулись сквозь толпу к бару.

— Как думаешь, Пит сам справится с речью? — спросил Дэй, заказав джин-тоник. В ожидании напитка он чуть покачивался в такт музыке.

Кхэм наклонился к самому уху, перекрикивая громкий бит:

— Справится. Он не маленький. Речь — не самое сложное. Тем более, там будет с ним Фёрст.

— Хм... А разве они не поссорились? — протянул Дэй, делая глоток. — Как кошка с мышью себя вели в последнее время. Хотя, учитывая, что творится у вас в фирме, я вообще удивлён, что они не переспали ещё раньше.

Кхэм закатил глаза.

— Что ты такое говоришь? — отозвался он, без особого возмущения.

Бармен поставил перед ними коктейли. Они чокнулись — и отпили.

— У нас никто ни с кем не спит, — добавил Кхэм и сам усмехнулся.

— Конечно, — протянул Дэй, закатывая глаза. — Ваша фирма — как реалити-шоу. Интриги, служебные романы, неожиданные повороты... И всё под лозунгом: «Просто работа».

Кхэм хмыкнул:

— Ты же знаешь. Насчёт Пита — наш роман был фиктивный. А его настоящие... — он пожал плечами. — Это вообще первый раз, когда он увлёкся кем-то с работы. Обычно у него мужчины за сорок. С харизмой, личным водителем в очках и лёгким кризисом среднего возраста.

— Кто бы мог подумать, — усмехнулся Дэй. — Скромный Пит из школы — и вдруг звезда. Джун бегает, Ферст бегает... Ты...

Кхэм нахмурился.

— Ты не бегал, знаю, — сразу добавил Дэй и примирительно улыбнулся, делая ещё один глоток.

Потом чмокнул Кхэма в губы. Хотел уже отстраниться — как тот обвил его за талию и притянул ближе, целуя глубже

Алкоголь ударил в голову, но и без него Дэй был пьян. От него. От своего мужчины.

Он рассмеялся, чуть отстранился, сделал ещё один глоток и прищурился:

— Мы только пришли, котя. Давай ещё побудем...

Кхэм опустил руку на его задницу — ту самую, обтянутую кожаными брюками.

— Откуда у тебя такие штаны, а? — хмыкнул он и провёл пальцами ниже, между ягодиц, начиная гладить его сзади.

— Сшил, — невозмутимо отозвался Дэй и втянул в себя трубочку коктейля. — Вечерами сидел, шил. Ты не заметил?

— А я-то думаю, где ты по вечерам пропадаешь, — протянул Кхэм, — думал, над проектом работаешь... А ты, оказывается, себе штаны шьёшь.

Они оба рассмеялись

Кхэм придвинулся ближе, плотно прижался животом к его животу — чтобы Дэй почувствовал, насколько сильно эти штаны его заводят.

— Они слишком... неправильные. Слишком узкие. И слишком сексуальные, — выдохнул Кхэм, продолжая тереться о него.

— Кто бы говорил, — закатил глаза Дэй, даже не пытаясь отстраниться. Наоборот — допил почти залпом свой бокал, поставил его обратно на стойку и сам обнял Кхэма за талию. — У самого рубашка расстегнула до пупка.

Он медленно провёл пальцами по разрезу, по тёплой коже груди, по ключице, запустил руку под ткань

Рубашка была яркая — курортная, вся в пальмах и солнце. Кхэм выбрал её сегодня утром, на пляжном рынке. А Дэй ему купил. Днём она казалась слегка нелепой, слишком пёстрой. Но сейчас, под неоновым светом клуба, цветные полосы от неё красиво играли бликами по телу.

Внизу светлые льняные брюки. Всё вместе делало его похожим на туриста с обложки рекламного буклета: бронзовая кожа, яркая рубашка, открытая улыбка.

Его летний мальчик (автор: мой любимый Кхэм😍).

Дэй хмыкнул, взял бокал из руки Кхэма, не отрывая взгляда, сделал глоток — и, склонившись ближе, запустил пальцы под легкую ткань. Затем медленно наклонился и лизнул ключицу.

— Она тебе очень идёт, — прошептал Дэй, прижавшись щекой к его щеке.

— А кто это, интересно, ржал надо мной в номере? — хмыкнул Кхэм.

— Не я, — не моргнув глазом, солгал Дэй.

А потом, конечно же, снова рассмеялся, вспомнив.

Перед выходом они специально переодевались в разных концах номера — решили сделать друг другу «сюрприз».
Вышли одновременно.
И минут пять просто катались со смеху.

Кхэм — в пёстрой рубашке с пальмами, кулоне из ракушек, деревянном браслете и серьге в ухе. Настоящий гибрид пирата, карикатурного туриста и мальчика с фестиваля хиппи.

Дэй — весь в чёрном. Обтягивающие кожаные брюки, полупрозрачная блузка, застёгнутая до самого горла. Волосы зачёсаны назад, глаза подведены, в ушах — серебряные серёжки. Рок-вампир на курорте.

— Надо было договориться, кто что наденет, — простонал Дэй, глядя сначала на Кхэма, потом на себя в отражение зеркала.

— А мне всё нравится, — пожал плечами Кхэм и тут же обнял его.

— Серьёзно, я выгляжу как вампир, который похитил невинного мальчика из фильма ужасов и собирается выпить его кровь на Новый год, — фыркнул Дэй.

— Так и есть, — ухмыльнулся Кхэм. — Ты же меня соблазнил, когда мне было семнадцать.

— Не строй из себя невинную ромашку, — усмехнулся Дэй. — Ты только и делал, что хвастался, сколько у тебя было девушек.

— Девушки не в счёт. Ты был первым. И последним, — сказал Кхэм серьёзно, и на секунду в нём исчез весь флирт.

Дэй замолчал. Улыбка сменилась на что-то мягкое, тёплое.

— Прекрати, — пробормотал он, прижимаясь губами к его виску. — А то я сейчас расплачусь. Как невинная ромашка.

Кхэм засмеялся и крепче обнял его.

— Плачь, только в мои ладошки. Остальное — запрещено.

Дэй почувствовал ту самую невероятную любовь, которая жила в его сердце всегда. Иногда она затихала, иногда становилась громче, вспыхивала с новой силой... а сейчас просто была. Тихая, тёплая, уверенная. Обволакивающая.

— Иди сюда, мой ты турист, — улыбнулся он.

Кхэм засмеялся, и Дэй тут же притянул его ближе, обнял, уткнулся носом в шею, прижался губами. Стал целовать, покусывать.

— Спасите, на меня напал вампир, —простонал Кхэм драматично.

— Вот дурачьё, — захохотал Дэй и немного отстранился, но Кхэм тут же снова обнял его, прижав к себе.

— Пей кровушку мою. Мне не привыкать. Ты и так дома её пьёшь — на завтрак, обед и ужин.

— Что?.. — рассмеялся Дэй. — О чём ты вообще?

А дальше смех, шутки, поцелуи.

Это был их первый отпуск.
Настоящий. Полноценный. Новогодний.
На Бали. В пятизвёздочном отеле с видом на море. Всё оплатил Кхэм — от перелётов до крема для загара. Не позволил Дэю даже заплатить за собственные плавки.

Сначала Дэй, конечно, хотел повозмущаться.
Но когда увидел, с каким гордым лицом Кхэм оплачивает бронь в туристическом бюро, как поднимает подбородок... он просто махнул рукой.

Ну и правда, какая разница? Генеральный директор фирмы с оборотом в сотни миллионов вполне может себе позволить спонсировать один отпуск.
А он, доктор наук, купит ему мороженое на пляже. И вот эту пёструю рубашку с рынка.

Целая неделя вдвоём — и уже прошло четыре дня.
Сегодня — клуб. Как тогда, много лет назад.
А потом — ещё дни у моря. Тёплый ветер. Ленивые шезлонги. Никаких дел, никаких дедлайнов, никаких расписаний.

Причём не просто море — у них была отдельная бухта, скрытая от остальных. И собственный маленький бассейн под балконом номера.
В первый же день они загорали голыми.
И не только загорали (но это уже совсем другая история).

Солнце.
Кожа после загара.
Секс. Болтовня.
Сериалы на ноутбуке.
И самое главное — они вдвоём.

Два влюблённых человека.
Просто... вместе.

И вот сейчас — в шуме ночного клуба, под вспышки света и басы в полу — Кхэм наклонился и стал целовать его шею.
Медленно, мягко.
А потом — посасывать. С нажимом, с умыслом.

— Эй... — прошептал Дэй, прикрыв глаза. — До полуночи ещё два часа... Я думал...

Он не успел договорить.

Кхэм. Его губы на шее. Тёплые, нетерпеливые. Настойчивые.

Всё исчезло. Остался только он.

Дэй выдохнул, откинув голову назад, когда по коже прошёл лёгкий укус. Он провёл пальцами по его затылку, скользнул туда, где начиналась спина. Обхватил. Притянул ближе.

— Дэй... — прошептал Кхэм. — Ты чертовски сексуальный. Я хочу тебя.

— Сейчас?

— Ага. Пошли.

Они переглянулись — и без слов двинулись прочь из зала, держась за руки.

Это был обычный клуб, не гей-клуб. Туристическое место, где смешивались все культуры, языки. Вокруг тоже целовались — но они были единственной парой мужчин.

И им было всё равно.

Они прошли в сторону туалетов, на ходу продолжая прикасаться друг к другу — быстро, нервно, горячо. По пояснице. По животу. По бёдрам.

Угрюмые двери. Полутёмный коридор. Указатели "мужской" и "женский".

Очереди не было. Они зашли.

— Точно тут можно?.. — выдохнул Дэй, тяжело дыша.

— Конечно, — хрипло ответил Кхэм, обнимая его за талию и утягивая в самую дальнюю кабинку.

Дверь захлопнулась. Щёлкнул замок.

Уже в следующую секунду они снова сошлись в поцелуе — жёстком, рваном, нетерпеливом. Зубы о губы, дыхание в дыхание. Стены были слишком близко, потолок — низко, пространство давило со всех сторон. Но им хватало.
Слишком сильно. Слишком тесно.

Кхэм впечатал его спиной в холодную стену.
Рука сразу нырнула под край рубашки — по горячей, влажной коже, жадно, без раздумий.

Дэй выгнулся навстречу, позволяя. Прося.

Шёпот.
Сбитое дыхание.
Поцелуи.
Резкие прикусы.
Пуговицы, которые не расстёгивали — рвали.

Они не думали.
Не успевали.
Только чувствовали.
И хотели.

Пальцы Кхэма дёрнули молнию.
Ткань сползла вниз.

— Повернись... — простонал он, уже теряя терпение.

Дэй развернулся мгновенно, спустил штаны до середины бёдер, упёрся ладонями в стену и выгнулся, подставляясь, не скрывая желания.

Кхэм глухо зарычал и провёл пальцами по его входу — туда и обратно, быстро, уверенно.
Дэй был уже готов. Горячий. Скользкий. Податливый до дрожи.

— Продуманный какой, кхун Винчай... — выдохнул Кхэм ему в шею и сразу же укусил у линии волос, резко, почти зло.

— А как же иначе... — голос Дэя рассыпался в хрип, он запрокинул голову. — Вытаскивай сам...

— Сейчас.

Без пауз. Без слов.

Кхэм дёрнул пробку одним движением.
Она выскользнула резко, с влажным, слишком громким звуком — и упала куда-то на пол.

Дэй всхлипнул и тут же застонал, уткнувшись лбом в холодную плитку.

Кхэм не стал тянуть. Пальцем мазнул по входу, по скользкой коже, одной секундой размазал остатки смазки по себе — и вошёл сразу, резко, без предупреждения. До предела.

Дэй рвано вскрикнул, ударился лбом о стену, пальцы судорожно надавили на серый кафель. По телу прошла волна — боль, полнота, огонь.

Кхэм задвигался мгновенно — жёстко, быстро, без раскачки.
Короткие, частые толчки.
Один за другим.
Глубже.
Быстрее.

Кабинка скрипела, перегородка ходила ходуном, их тела глухо били друг о друга. Воздуха почти не оставалось — только запах, жар и дыхание.

Дэй выгибался, не сдерживаясь. Одной рукой стал гладить себя — член дёргался, пульсировал, мокрый, горячий, в такт каждому резкому удару. Его трясло всего — бёдра, спину, колени. Вместе с Кхэмом. Вместе с дрожащей кабинкой. Вместе с грохотом клуба за стенами.

— Ещё... — выдохнул он сквозь сжатые зубы. — Не останавливайся...

И тут ... тук-тук- тук.

— Откройте. Немедленно.

Громко. Чётко. По-английски.

Они замерли. Моментально.

Кхэм застыл, с членом внутри Дэя.

— Что это было?.. — прошептал Дэй на тайском, оборачиваясь.

Один локоть — на стене, вторая рука всё ещё на члене.
Картина, прямо скажем, на открытку. Только не новогоднюю. (Автор: а где такую открытку заказать?)

— Открывайте дверь! Сейчас же! Или мы её выломаем!

Кто-то резко дёрнул ручку. Потом ещё раз — громче, злее.

— С-секундочку! — пискнул Дэй, и сам не узнал свой голос. Ужасный акцент. Паника.

Он вскинул голову, судорожно втянул воздух. Всё тело ещё горело, член пульсировал, но возбуждение моментально сменилось холодным ужасом.

Кхэм аккуратно вышел из него. Дэй вздрогнул, резко выдохнул, почти закашлялся от сдержанного стона. Он сжал бёдра, подался вперёд, пытаясь прийти в себя.

— Помоги мне... чёрт... — прошипел он, судорожно натягивая штаны. Пальцы дрожали, брюки застряли где-то на середине бедер, и никак не хотели натягиваться.

Кхэм нагнулся, быстро помог ему — подтянул трусы, скомкал всё внутрь, рывком натянул узкие кожаные брюки...

— Ай!! — вскрикнул Дэй, вскинув голову. На глазах выступили слёзы. — Зацепил!

Молния прищемила кожу.

— Извини... Ну хоть уже не стоит, — мрачно буркнул Кхэм, без тени улыбки. Не до смеха было. У самого всё ещё стояло, а ширинка была расстегнутой.

— Ага. Просто прекрасно! — зашипел Дэй, вытирая глаза.

Снаружи снова стук. Жёсткий. Без церемоний.

Кхэм кое-как утрамбовал свой всё ещё бодрый стояк в брюки, дёрнул рубашку вниз — но она прикрыла только половину. Всё остальное прямо вопило: «Я протестую!»

— Ты выглядишь так, будто украл ананас из секс-шопа, — прошипел Дэй, глядя на его пах. — Только не спрашивай, откуда я знаю, как это выглядит.

— Лучше не спрашивай, почему ты с мокрым, белым пятном, — парировал Кхэм и кивнул на его брюки.

Дэй посмотрел вниз.
Помолчал.
Выдохнул:

— Чёрт... Чёрт... Чёрт... Отлично. Просто идеально...

Щёлк.
Дверь распахнулась.

На пороге — охранник клуба. И рядом — полицейский. Серьёзный. Очень серьёзный.

— Вы арестованы за непристойное поведение в общественном месте, — отчеканил тот без тени иронии.

Кхэм и Дэй замерли, как два кота, застуканные на месте преступления.
И внезапно оказалось — это и есть преступление.

Один — в расстёгнутой рубашке, не прикрывающей эрекцию выпирающие из штанов.
Второй — с глазами размером с блюдца.

— Мы... мы просто обнимались, — попытался Дэй. И тут же сам себя возненавидел за идиотизм.

Полицейский хмыкнул:

— Обнимались?

— Ну да... — слабо подтвердил Кхэм.

— Без штанов?

— А в туалет, простите, как вы ходите? — с максимально серьёзным видом парировал Кхэм. — На то он и туалет.

— Туалет находится в общественном месте, — отрезал офицер. — Пройдёмте со мной.

Дэй сглотнул, глядя на него, как на дядьку с гильотиной.

— Вы не имеете права! — попытался возмутиться Кхэм, доставая телефон.
Полицейский молча цокнул языком... и достал тоже.
Только не телефон — наручники.

— Или вы спокойно пойдёте с нами и отделаетесь штрафом. Или — сутки в участке за сопротивление.

— Они просто хотят, чтобы мы дали взятку, — процедил Кхэм на тайском.

В туалете, кроме них, никого не было. Всё ему было очевидно.

Он достал кошелёк.

— Кхэм... я не уверен, что... — застонал Дэй, потирая лоб.

Они были в чужой стране.
В стране, где однополые отношения ещё совсем недавно считались чем-то из ряда вон выходящим.

Может, им вообще не стоило идти в клуб.
Может, не стоило заходить в туалет.
А может... стоило просто потерпеть до отеля.
Не течка же у них, в конце концов.

Но было поздно.

Кхэм раскрыл кошелёк, вытащил пачку свежих купюр — тех самых, что они меняли в аэропорту — и стал отсчитывать.

Полицейский побагровел. Охранник скрипнул зубами.
Дэй просто выдохнул — медленно, обречённо.

— Незабываемая новогодняя ночь нам предстоит, котя, — пробормотал он.

— Вы арестованы, — чётко произнёс полицейский и начал читать им права.
На безупречном английском.

⸻

— Котя... мы могли бы просто заплатить штраф, — прошипел Дэй сквозь зубы, пока их везли в полицейской машине. — А теперь где мы встретим Новый год? В тюрьме! Идеально. Просто лучший Новый год в моей жизни!

— Зато со мной, — хмыкнул Кхэм.

Ему и самому всё это не нравилось. Но он не мог позволить себе панику. Он должен был подбадривать. Успокаивать. Быть тем, кто держится.
Хотя внутри уже тоже начинало холодеть.

— Ага. Это было включено в тур? «Отель и наручники»? — Дэй приподнял руки, на которых звякнули металлические браслеты.

— Если нас посадят... — Кхэм выпрямился и с самым серьёзным лицом выдал: — держись ближе ко мне, красавчик. Батя прикроет. В хату зайдём — за мной будешь. Мой человек, ясно?

Дэй закатил глаза — но не сдержался, прыснул нервным смешком.

— Кхэм... нас везут в полицейской машине. Мы под арестом. А ты сейчас блатной жаргон вспоминаешь?

— Пригодится, — абсолютно серьёзно кивнул Кхэм.

Дэй вздохнул — и слегка стукнул его в плечо. Не сильно. Просто чтобы проверить: где-то внутри этого человека вообще есть режим «серьёзность»?

Кажется, не входит в комплектацию.

— А что? Плакать продуктивнее? — добавил Кхэм.

— Ну, хотя бы реалистичнее, — буркнул Дэй и отвернулся к окну.

За стеклом — неон, пальмы, музыка из уличных кафе. Новый год. Праздник.
А они едут в камере на колёсах.

— Пять звёзд, говорил он... Полный релакс, говорил он... — пробормотал Дэй с трагическим лицом.

— Я же не обещал, что без приключений, — невозмутимо пожал плечами Кхэм. — Зато романтика. На грани уголовки. Экстрим-класс. VIP-тур с элементами экшна.

— Заткнулись! — рявкнул полицейский за рулём, даже не поворачиваясь.

Они вздрогнули и переглянулись.

— Ага, я понимаю тайский, — добавил он с тяжёлым акцентом, но всё было понятно. — Каждый год — одно и то же. Приезжают такие, как вы, думают, здесь можно всё. Так вот — нельзя. Это вам не Таиланд. Сидите тихо. Слышали истории про туристов, которых сажают на годы, потому что они «не знали закон»?

— Слышали, — хором ответили Кхэм и Дэй. Даже кивнули в унисон.

— Отлично, — продолжил полицейский. — Так вот. Улыбайтесь. Скоро про вас снимут репортаж. Про двух геев, которых застукали в сортире. Прямо под табличкой: "Секс запрещён. Особенно с проникновением".

Он громко рассмеялся. Кхэм сжал руку Дэя.

— Ты видел эту табличку? — прошептал Дэй.

— Ну... да. Но я подумал, это шутка. Там были два человечка раком, и знак «запрещено». Ну... туалет клуба же. Что ещё там делать?

— Кхэм... это сортир. Люди туда ходят... срать и ссать, — простонал Дэй, прикрыв лицо ладонями.

Повисла короткая тишина. А потом, всё ещё не отнимая рук от лица, он тихо добавил:

— Кхэм... если мы отсюда выберемся, я тебя трахну. Без прелюдий. Без предупреждения. Прямо в шезлонге у бассейна. С памятной табличкой: «Нарушил запрет на проникновение. Да покоится с миром».

Кхэм попытался улыбнуться, хоть внутри всё сжималось.

Шутки были их спасением. Их щитом. Единственной бронёй.
Потому что страх был. Реальный. Тот самый, липкий, холодный.

Он читал эти истории. Когда кого-то сажали — за видео, за поцелуй на улице, за «непристойное поведение», за нарушение «традиционных норм». Иногда — просто за то, кем ты являешься.

— Дэй... золотце, — прошептал Кхэм, склонившись ближе. — Главное, что мы вместе. Мы переживём. У меня есть имя, связи, деньги... Я не оставлю тебя. Буду рядом. Греть. Прикрывать от косых взглядов.

— Особенно от косых взглядов сокамерников?

В разговор вмешался второй полицейский. Он обернулся, заглядывая через решётку, отделявшую задние сиденья.

— Наряд у вас — как по заказу, — сказал он с ухмылкой. — Один в кожаных штанах, другой в рубашке с пальмами и грудью наружу. Пацаны в участке будут в восторге. Вам там сразу сцену дадут. И фан-клуб.

— Вы тоже говорите на тайском? — процедил Кхэм, сжав зубы.

— Ещё как. Голубки, готовьтесь. У вас будет незабываемая ночь. Вместе. Романтично, да?

Кхэм выдержал паузу, посмотрел на Дэя. И, чуть громче, чтобы слышали все:

— Главное — вместе.

Дэй вздохнул. Закатил глаза. Но руку не отпустил. И, почти беззвучно, только для него:

— Тогда и не страшно.

!!!ВТОРАЯ ЧАСТЬ В СРЕДУ!!!

🛑 Примечание автора 1:

История вымышленная, но вдохновлена реальными случаями. Во многих странах существует строгая система норм и запретов, нарушение которых может повлечь серьёзные последствия для туристов — от штрафов до заключения.

Вот лишь пара реальных происшествий:

⸻
📍 Таиланд, 2017 год — канадские блогеры за «шутливое» фото с оголёнными ягодицами на фоне храма.

Два канадца сфотографировались, обнажив ягодицы, на фоне храма Ват Арун в Бангкоке. Их быстро вычислили по соцсетям, арестовали в аэропорту и посадили под стражу за «неуважение к религии». Позже они были депортированы.

⸻

📍 Малайзия, 2015 год — туристы за купание голыми у священной горы Кинабалу.

Группа европейских туристов снялась обнажёнными на вершине священной горы, что вызвало общественное возмущение. Их арестовали, обвинили в «нарушении общественной морали» и приговорили к 3 дням тюрьмы + штрафу.

⸻

📍 ОАЭ (Дубай), 2010–2020-е — десятки случаев ареста за поцелуи, секс и даже держание за руки в публичных местах.

В Дубае неоднократно арестовывали туристов (включая гетеро-пары) за поцелуи на улице, "неприличную одежду", а в некоторых случаях — за секс вне брака (даже в отеле). Одна пара получила 1 месяц тюрьмы за секс на пляже. В случае с ЛГБТ-парами последствия могут быть жёстче — в т.ч. депортация или заключение.

⸻

⚠️ Важно:

Законы, особенно в религиозных или консервативных странах, могут сильно отличаться от тех, к которым мы привыкли.
Перед поездкой обязательно изучите местные правила, особенно в отношении:
    •    общественной морали (одежда, поцелуи, жесты);
    •    ЛГБТК+ отношений (в ряде стран — незаконны);
    •    религиозных объектов (даже селфи может обернуться скандалом);
    •    употребления алкоголя и наркотиков (в некоторых странах — смертная казнь за перевозку).

Юмор юмором, но ответственность — настоящая.

🛑 Примечание автора 2:

Хотя Бали часто воспринимается как свободный курорт, он находится на территории Индонезии — страны с консервативными законами.
С 2022 года секс вне брака признан преступлением, а публичные проявления страсти, особенно между людьми одного пола, могут быть наказуемы.
На Бали таких дел меньше, чем в других регионах, но случаи арестов и депортаций были — особенно за фото у храмов, обнажёнку и жалобы на «непристойное поведение».

Поэтому всё описанное в этой сцене — не только горячо, но и реально опасно.